Аврора устала держать эмоции под замком, обдумывать любое свое действие, играть в политику и притворяться, что ей не страшно. Она устала лгать и хранить секреты, устала быть сильной. Ей хотелось хоть ненадолго побыть юной наивной девочкой, которая прячется в объятиях любимого, а он решает все ее проблемы и защищает ото всех. Но проблем накопилось столько, что их с Рэндаллом разбросало беспощадным штормом по разные стороны океана бед и смуты, и они готовы вот-вот сломаться под их гнетом.

Сквозь бурю нахлынувших чувств Аврора услышала в голове почти забытый мягкий, ласковый голос мамы:

«Что бы ни случилось, нужно засыпать вместе. В крепких объятиях друг друга. Держась за руки. Против снежной бури легче выстоять вдвоем, чем в одиночку».

Эти слова сказала мама в далеком прошлом, когда Аврора спросила, ссорились ли они с отцом так же, как порой делали дядя Дайн и тетушка Ария. Мама тогда ответила, что ругаются все супруги, что это неизбежно. Но ссоры не должны менять сути отношений – любить и быть преданными друг другу даже в минуты разлада.

Аврора вытерла слезы и поднялась на ноги.

Она должна найти Рэндалла.

Но это оказалось не так-то просто. В комнате его не было, а Нора, занимавшаяся там уборкой, сообщила, что он не заходил. В зале Совета Аврора его тоже не нашла, как и в зимнем саду и покоях его матери. Ей осталось проверить последнюю догадку, и поэтому она надела теплую накидку и направилась через задний двор к пригорку возле замка, где находилось фамильное кладбище Корвинов. Но у ограды ее остановил лорд Грей.

– Ваша светлость, не стоит, – сказал он и как бы невзначай загородил проход.

– Вы слышали наш разговор, лорд Грей, мне нужно его увидеть.

Он покачал головой.

– Дайте ему время. Он бы поступил именно так. Дал бы вам время, чтобы все обдумать и принять взвешенное решение.

Аврора понимала, что он имеет в виду ее поездку на Север, но спорить, что хочет видеть его по другой причине, не стала.

Алистер был прав. Рэндалл дал бы ей время. Он и давал. Всегда. Даже сейчас не стал ломиться в ее комнату, понимая, что она не хочет говорить.

Аврора побрела обратно в замок в надежде дождаться мужа в их общих покоях.

В ожидании прошел час, другой, третий, а Рэндалла все не было. Аврора в одиночестве отужинала, заталкивая в себя еду и не чувствуя никакого вкуса. К этому времени за окном стемнело, и небо украсил серебряный серп в окружении звезд, заливающий комнату холодным светом.

Аврора легла на кровать поверх покрывала прямо в одежде и уснула.

Она не знала, сколько проспала, но, проснувшись, увидела у окна темный силуэт. Она протерла глаза и пригляделась.

Оголенный по пояс, Рэндалл сидел на подоконнике, повернувшись к окну.

– Рэндалл, – позвала она осипшим ото сна голосом.

– Небо сегодня такое звездное, – задумчиво протянул он, так и не обернувшись на нее.

– Рэндалл, я хотела…

– В темнице на боевой арене было только одно решетчатое окошко. Такое крошечное, что я не смог бы даже голову в него просунуть. Темница была почти под землей, а окно – под самым потолком. Через него невозможно было разглядеть небо, лишь кусок голой, растрескавшейся от зноя земли и неприступную ограду. Каждый раз, заглядывая в окно, я надеялся увидеть небо, но натыкался на высокую стену.

Аврора сглотнула ком в горле. Ей не хотелось представлять эту темницу, но воображение любезно подсовывало образ того, как истекающий кровью от ударов хлыстом Рэндалл тянет голову к маленькому окну, чтобы сделать глоток свежего воздуха.

– На протяжении целого года я видел ночное небо только во сне, – продолжал Рэндалл, не отрывая взгляда от звезд. Теперь Аврора точно знала, что он смотрел на них. – Один и тот же сон. Такой прекрасный.

Внутри нее все заныло от тоски, когда Рэндалл отвернулся от окна и прислонился затылком к стене. Лунный свет скользил по его выточенному, как у скульптуры, профилю, выхватывая из ночного мрака красивую, но печальную улыбку.

– Что это был за сон? – Голос Авроры дрогнул от волнения, и улыбка Рэндалла стала шире.

– Летний сад, лавка под яблоней и прекрасная девушка в моих объятиях. – Он сглотнул, отчего кадык на его шее дернулся. – Она показывала мне звезду Регул и рассказывала легенду о ней. А я тогда не замечал красоты звезд, не мог насладиться весенней прохладой и свежим ночным воздухом, пропитанным ароматом сирени. Я наслаждался только ею. Ее бездонными синими глазами, терпким запахом зимней хвои и сладостью ее губ.