– Тьен, я правда ничего им не передавала! Пожалуйста, выслушай меня!

Мужчина как-то скривил губы, прищурился, но ничего не сказал. Тьен никогда на нее так не смотрел, ни единого раза.

– Макс?
– растерянно ахнула Софи, краснея, как помидор.
– Ты... Вы вернулись, да?

– Вернулся. А ты как узнала? Ты... с Тьеном, да?

– Что «я с Тьеном»?

– Вы любовники.

– Да с чего вы взяли? Мы просто... подружились.

– Не морочь мне голову, - рявкнул Макс зло.
– Тьен с женщинами не дружит. Он с ними спит! Вот почему он такой...

– Какой?
– жадно подалась вперед Софи, сверкнув глазами.

– Ладно, неважно. Рассказывай все как было.

– Да что рассказывать-то, - потухла девушка, складывая руки на коленях.
– Ко мне пришел... мужчина. Высокий. С черными волосами. Начал спрашивать, что я знаю про дела своего покойного мужа. А что я знаю? Откуда? Дэрел и не говорил мне ничего никогда. Я думала, он на фабрике работает, он же мне даже вещи стирать приносил. Я ведь не стала бы с грабителем жить, понимаете? И ребенка бы от него не родила. А они думали, что я что-то знаю!

– Спокойнее, Софи. Как выглядел тот, кто к тебе приходил?

– Гвидор приходил, - угрюмо ответила журналистка, охватывая плечи руками.
– Я его потом в мастерских Браенга видела. И когда пожар был... я в него выстрелила, не попала. А потом Тьен его убил.

Когда Макс услышал про Глостеров - от Тьена, между прочим, когда тот застукал Софи в мастерских (а ведь тогда полнолуние было, как только не догадался о том, что между ними ДОЛЖНО БЫЛО что-то быть), в его голове щелкнуло. Глостеры. Дело, которое до сих пор на дознании. Уже тогда, четыре года назад, они знали, что за этой бандой стоит кто-то из аристократов. Слишком уж невероятной была та точность, с которой вскрывали дома и лавки ювелиров. Глостеры не брали ни золото, ни обычные ювелирные изделия, хотя казалось бы - это гораздо безопаснее и выгоднее. Лучше взять горсть колец и брошей на тысячу империалов, чем необработанные камни, хоть и крупные. К тому же обычные изделия не столь приметны. Нет, только камни - из сейфов, из мастерских, из домашних тайников. Уже тогда было понятно, что среди грабителей есть технические умельцы - сейфы, запоры, двери вскрывали быстро и почти незаметно. Оттого банду и прозвали Глостерами - по аналогии с известным изобретателем Шером Глостером, любимцем Кирьяна Браенга. Глостер умер лет десять назад, но именно он создал прототип огнестрельного оружия.

Итак, Глостеры. И аэростат. Что между ними общего? Во-первых, аристократия. Во-вторых, инженер. Мог ли инженер Гвидор быть среди грабителей? Да запросто. Он же сам многие сейфы и конструировал. Его, разумеется, проверяли - всех проверяли. Алиби было. Но он мог поднатаскать кого-то из банды. И в-третьих - камни. Крупные рубины и алмазы достаточно часто используют в накопителях. А накопители - это в первую очередь техника, причём передовая. Двигатель мобиля, например, или ходовая часть паровоза. Нет, именно в паровозе топка и тепловая энергия, но накопитель там имеется обязательно - на случай поломки. И аэростат, разумеется, тоже с маг-двигателем.

А дальше воображение Максимилиана дало сбой. Он понятия не имел, для чего Глостерам камни. Явно они их сортируют, потому что негодные всплыли на подпольном рынке. По ним их, кстати, и отследили. Гвидор никогда не проявлял магического дара, хотя теперь было очевидно, что уровень у него довольно высок. Нет, он зарекомендовал себя как толковый инженер, в механизмах разбирался, чертежи читать умел, но не больше. Исполнитель.

А ведь им что-то было нужно от Яхо, не зря же похищали именно его. Что-то, связанное с камнями. Не иначе, как механизм какой-то строили. Но какой именно и, главное, зачем?

И Макс, прикинув, какой мощи с совокупности должен быть накопитель, если в нем использовать пропавшие камни, ужаснулся и рванул со своими людьми в горы. Потому что только там можно было соорудить нечто подобное, да еще так, чтобы их не нашли. И Яхо тоже увезли в Предгорья. А канцлер, получается, просто под горячую руку попал.

– Канцлер Браенг из-за меня погиб, - всхлипывая, сообщает Софи.
– Я его узнала тогда, узнала Гвидора. Он приходил пару раз к моему мужу. А я ведь договаривалась с Джеральдом об интервью... и увидела. Вы понимаете, я не знала, кому сказать...

– Почему ты не сказала мне, Софи?
– Макс разговаривает с ней очень спокойно, почти нежно.
– Мне ведь можно доверять.

– Он пришёл в тот же вечер и сказал, что убьёт меня и Дэни, если я кому-нибудь проболтаюсь. Он говорил, что это так просто... у детей такая хрупкая шейка...

– Зря ты не сказала.

– Я думала, что самая умная. С канцлером просто. Он хорошо ко мне относился, ведь благодаря ему меня взяли на работу в Льенские ведомости. Я написала ему письмо, отправила через приёмную. Он и пришёл... тогда.

– Дай угадаю. Гвидор понял, что тебя можно шантажировать? И стал требовать всё больше?

– Он хотел, чтобы я рассказывала, как дела в мастерских. Как продвигается работа. Потом потребовал список материалов для постройки... в ту ночь меня нашёл Тьен. Он забрал блокнот, но я же не дура, я почти все запомнила.

– Что ещё они спрашивали?

– Я рассказала, что меня поймали. Что отпустили только чудом...

– Они прям такие дураки, поверили?

– Ну... я сказала, что соблазнила... Максимилиана Оберлинга, - Софи опустила глаза.
– А он же женат. Это скандал. Поэтому и отпустил.