– Никита Калиновский?

– Да, точно, он! А откуда вы знаете?

– Я же экстрасенс.

Вот и он – недостающий кусок мозаики. Все наконец стало на свои места, выстроилось в настолько идеальную цепь, что в нее не хотелось даже верить. Так ведь в этом и был подвох, ловушка, в которую уже попались очень многие!

История знает немало преступлений, которые совершались на виду, однако безнаказанными их оставляла вовсе не гениальность людей, совершивших их. Иногда вмешивались обстоятельства, а иногда окружающие не могли поверить, что все действительно настолько просто. Преступник же не остается на свету, он таится в тенях!

Примерно это и произошло в случае Никиты. Одни не рискнули с ним связываться – потому что он малолетка, вырос без матери, у него уважаемый отец… мало ли причин! Вторые убедили себя, что такой молодой человек не способен на убийство. Третьи оказались настроены куда скептичней, однако они пребывали в полной уверенности, что Никиту уже проверили первые и вторые.

Хочешь хорошо спрятать какую-то вещь – прячь на виду. Кто сказал, что этот принцип не работает с людьми?

– Мне необходимо поговорить с ним, – объявил Матвей. – Сейчас же.

– Уже поздновато, – растерялась Валентина. – И его, похоже, нет дома… Он часто где-то гуляет, мы когда Дениса искать начинали, я к нему ходила, он дверь не открыл. Но потом сам пришел, с поисками помог! Может, он и сейчас там?

– Я его с поисковой группой не видел, – возразил насторожившийся Руслан.

– Наверно, лучше завтра с ним поговорить…

Она действительно не понимала, что до завтра ее сын может не дожить – если еще не слишком поздно!

– Мы поговорим сейчас, – отрезал Матвей.

– Так его же нет дома!

– Он дома, поверьте мне.

Матвей первым направился к выходу. Руслан не разделял его уверенности, однако наверняка он уже замечал что-то подозрительное, и после недолгих колебаний зашагал следом. Валентина осталась дома, она наблюдала за мужчинами из окна. Похоже, ей было неловко за них, она не хотела участвовать в возможном скандале.

Теперь, когда все определилось, какие-то минуты не имели значения, однако Матвею казалось, что время вдруг пошло быстрее. Время смеялось над ним – оно ускользало. Песок высыпается быстрее, если чаша часов разбита… В памяти мелькали образы, которых в этом маленьком поселке не было, да и быть не могло. Серо-белые залы с цепями на стене. Сток в полу, забитый темными сгустками. Яма, полная тел, на которые льется цемент…

Образы приносили боль и злость. Матвей понимал, что они вредят ему, однако взять под контроль собственное сознание пока не получалось, не до конца так точно.

Он не стал обходить дворы по тропинкам, перемахнул через забор и скоро оказался на крыльце соседнего дома. Звонка здесь не было, как и у Горолевых, и Матвей постучал. Ответа не последовало, но профайлер и не ожидал, что все будет так просто.

– Похоже, его все-таки нет… – растерянно произнес Руслан, тоже добравшийся до крыльца. – Можно попробовать узнать его телефон у участкового…

Матвей не обратил на него внимания. Руслан пока не имел значения: он не мог ни помочь, ни помешать. Все внимание профайлера было сосредоточено на доме и на двух подростках, которых он надеялся застать внутри.

Он постучал снова, на этот раз позволив себе применить силу. Матвей прекрасно знал, что природа была к нему щедра, а постоянные безжалостные тренировки лишь преумножили ее дары. При этом он старался лишний раз не демонстрировать, насколько на самом деле силен. Во-первых, обычно в этом не было смысла. Во-вторых, он предпочитал, чтобы окружающие его недооценивали, это приносило куда больше пользы.

Но сейчас по-другому было нельзя. Песок ведь утекает…

Дверь содрогнулась под ударами, звук получился настолько громкий, что Руслан невольно отшатнулся. Однако он ничего не сказал и не попытался остановить своего спутника. Похоже, и ему передавалась злость Матвея, подпитываемая его собственными воспоминаниями о нелюдимом соседе.

Профайлер не сомневался, что хозяин дома его услышал. Если Никита и был отвлечен раньше, – понятно, чем! – грохот у двери заставил бы его насторожиться. Но открывать Калиновский не спешил, да и свет не включил. Он наверняка выполз в коридор, затаился, как насекомое, надеется отсидеться… Самое время к нему обратиться.

Матвей не кричал, это было бы лишним, но говорил достаточно громко. Он знал, что у спокойного голоса всегда больше власти.

– Никита, я знаю, что ты внутри. Я видел тебя раньше, а теперь еще и слышал. Либо ты откроешь сам, либо я найду другой способ попасть внутрь.

Сначала в доме появился свет. Не в одной из комнат, а лишь отблеск в окне, указывающий, что зажглась лампочка в коридоре. Примерно через минуту после этого вспыхнул свет и на крыльце, дверь открылась, и из дома осторожно выглянул Никита Калиновский.