Он свернул в сторону, туда, где беговая дорожка вилась через лес. Здесь маршрут был посложнее: частые повороты, ямы, неровный асфальт. Однако Таиса, которую это должно было быстро утомить, казалось, ничего не замечала.

– Так почему ты меня игнорируешь? – полюбопытствовала она.

– Мне удобней работать одному.

– А тут мы договорились работать вместе!

– И я придерживаюсь уговора, когда для этого есть основания. Но сейчас их не было, я просто обдумываю варианты.

– Да? И какой обдумываешь?

– Со школой. Возможно, корень проблемы кроется там.

– Да, я тоже заметила странность, – признала Таиса. – На фоне всего остального она казалась такой ничтожной, но… Что тут вообще нормального? Может, то, что кажется ничтожным, все и решило?

Она снова сумела его удивить. Школа не была в списке основных тем, никогда, и даже сейчас, изучая ее, Матвей был далек от каких-то выводов. Он просто помнил, что подростки придают слишком большое значение тому, что очень быстро померкнет на фоне следующих лет жизни. Никакой странности он пока не заметил.

Таиса же не пыталась его заинтриговать, она действительно задумалась о чем-то. Пришлось спрашивать:

– О какой странности ты говоришь?

– О сроках, – пояснила она. – Ты разве не обратил на них внимания?

– То, что Зараев поступил туда только во втором классе? Не критично, туда можно до пятого поступать. Маловероятно, что события, пережитые в том возрасте, могли повлиять на его нынешнее решение.

– Да я не столько о Сереже… Так, подожди, давай передохнем! Это ты можешь конем бежать до ближайшего города, я внезапно идентифицирую себя как девочка, а девочка устала!

Притворялась она неплохо, и все же пелена пота, проступившая на коже, выдавала истинный уровень ее утомления. Не дожидаясь его ответа, Таиса сошла с дорожки и плюхнулась на густую зеленую траву, массируя ноги.

Матвей к ней не присоединился, однако шаг в сторону от дорожки тоже сделал. Что ж, может, Таиса не была пока идеальным профайлером, но правильно выбирать момент она умела. Перерыв она объявила тогда, когда Матвей был слишком заинтригован, чтобы оставить ее здесь.

– Тебе ведь нравится нависать надо мной горой, правда? – улыбнулась Таиса, чуть сдвигая бейсболку, чтобы удобней было смотреть вверх.

– Мне не нравится останавливаться. Что ты узнала про школу?

– Сначала я тоже не сочла это таким уж важным, но решила на всякий случай уточнить у Федора. Да, в эту их супер-пупер-мега гимназию можно попасть до пятого класса, но с каждым годом это все тяжелее, потому что зачисление зависит не только от таланта ученика, от наличия свободных мест тоже. Сережу хотели отдать туда еще в первом классе, однако он не дотянул по экзаменам. И все же он показал неплохой результат, его зачислили в приоритетную группу. Таким детям предлагали заново попробовать свои силы в первую очередь, если в классе освобождалось место. Именно это и произошло с Сережей – он поступил во второй класс, потому что освободилось место.

– И почему же оно освободилось в школе, откуда никто не хочет уходить? Раз ты упомянула это, подозреваю, дело не в низкой успеваемости.

– Вообще не в ней, – подтвердила Таиса. – Выбыл один из лучших учеников класса, история была трагическая, а особых данных об этом не найти, потому что десять лет прошло, да и школа распространение такой информации старательно пресекает.

– Ты выяснила, что с ним случилось?

– Разбился в аварии. Ехал куда-то с родителями, машину занесло, было столкновение… Родителям-то ничего, они предусмотрительно пристегнулись. А вот мальчик ехал сзади, без специального кресла, пристегнут не был… Короче, вылетел он из машины в итоге.

– Погиб?

– Нет, но навсегда остался инвалидом. В школу он вернуться просто не мог, тогда никто не брался сказать, выживет ли он. Но место за ним придерживать не стали, просто посочувствовали. Место отдали Сергею.

– И ты считаешь, что это может быть мотивом? – поразился Матвей. – История десятилетней давности, к которой Сергей, если говорить по существу, не имеет никакого отношения?

– Я все прекрасно вижу. Но это, со всеми натяжками, лучший мотив, что у нас был за все время расследования. Единственная трагическая история, с которой Сергей хоть как-то связан! Ой, не хмурься на меня так, я знаю, что мотив, скорее всего, слетит. Но я все равно хочу проверить! Я собираюсь побеседовать с этим пострадавшим мальчиком и буду рада, если ты ко мне присоединишься, с тобой как-то спокойней. Кстати, об этом… Ты не мог бы перестать игнорировать мои звонки? Вдруг меня опять убивают, а я не могу на помощь позвать?

Она явно шутила – и даже засмеялась над собственной шуткой. Не похоже, что столкновение со смертью до сих пор влияло на Таису. Матвей же такой беззаботностью похвастаться не мог: при воспоминаниях о том дне на миг стало холодно, как в зимнем лесу.

Но Таиса, при всех своих улыбочках, снова повела себя как грамотный профайлер, надо же… Она бросила аргумент, который мог задеть его за живое, и весьма умело. Нравится Матвею это или нет, теперь он не сможет не ответить ей, собственная совесть не позволит.