Последнее, о чем успевает подумать Лео: где бы сейчас ни была Нина, она тоже хочет туда.

Нина одевалась наверху, когда Лео услышала ее крик:

— Лео, Ист пришел! Открой дверь, пожалуйста!

— Ты можешь не орать? — немедленно отреагировала мама. Не то чтобы прокричала, но произнесла довольно громко.

Нина что-то пробурчала себе под нос — Лео с мамой не разобрали, что, да это, пожалуй, и к лучшему. Тем вечером атмосфера в доме была накаленная, и виной всему — Калифорнийский университет. Точнее, тот факт, что Нина не записалась на виртуальную экскурсию по кампусу, как хотела мама, и все закончилось скандалом, разгоревшимся еще сильнее в тот момент, когда Нина аккуратно наносила на веки младшей сестры подводку для глаз. Лео отчаянно старалась не моргать, а мама и Нина ссорились поверх ее головы, упоминая ответственное поведение, родительскую гиперопеку, вечеринку, на которую собирались сестры («Да, там будут взрослые — зачем спрашивать очевидные вещи!») и заведение, куда они заедут перед началом («Ну конечно же, в „Ин-энд-аут“ [19] , куда еще можно пойти в этой дыре?»).

Бросив взгляд на зеркало над столиком в прихожей, Лео повернулась к входной двери, но затем решила поближе рассмотреть свой макияж и нечаянно опрокинула рамку с фотографией, на которой были запечатлены они с сестрой. Стрелка на правом глазу чуточку длиннее, чем на левом, подумала Лео, но этого все равно никто не заметит. Да и вообще вряд ли кто-нибудь сегодня обратит на нее внимание.

— Не знаю, почему нельзя просто забрать нас на подъездной дорожке, как делается во всем цивилизованном мире, — бурчала Нина, сбегая по лестнице и одновременно запихивая вещи в рюкзак.

— Если кто-то подвозит тебя на своей машине, принято подъезжать к крыльцу! — крикнула с кухни мама. — Не позволяй подзывать тебя гудком, это очень грубо.

Нина опять что-то проворчала — судя по всему, тоже очень грубое.

— Что ты сказала? — переспросила мама.

— Ничего.

— Хм-м.

Лео взялась за дверную ручку.

— Мам, ну ты же видела Иста! — запротестовала Нина, никогда не вступавшая в споры, в которых не рассчитывала победить.

За Лео никто не заезжал, не сигналил клаксоном, так что она не вполне понимала, почему Нина так злится по этому поводу. Тем не менее мама в чем-то была права.

Лео открыла дверь, придерживая Денвера ногой.

— Не бойся, он кусает только за щиколотки, — сказала она стоявшему на пороге парню.

— Хорошо, что у меня их две, — ответил он и широко улыбнулся. — Привет, я Ист.

Не прошло и двух минут, как Лео потеряла Нину. Пожалуй, оно и к лучшему, ведь, стоя на кухне этого огромного дома с бассейном, трамплином и винтажным залом игровых автоматов, она пришла к выводу, что вечеринки, извините, — та еще скукота, хотя сестре она бы ни за что в этом не призналась.

За домом был бассейн с горкой, хороший такой бассейн, и несколько парней, знакомых Лео по школе, по очереди плюхались в воду с трамплина, выделывая всякие трюки и стараясь перещеголять друг дружку. Девочки, стоявшие у кромки бассейна, смеялись и взвизгивали всякий раз, как на них летели брызги, и Лео, с одной стороны, недоумевала, отчего они просто не отойдут подальше, а с другой, тоже была бы не против стать такой девчонкой, которую парням хочется развеселить, обрызгав водой.

Несколько человек расположились в гостиной; парочка девиц — их Лео видела впервые — целовались на диване. Остальной народ толпился в коридоре.

Практически у всех в руках были красные пластиковые стаканчики, и пока только это соответствовало представлениям Лео о крутых тусовках. Во всех фильмах гости на вечеринках ходили с такими стаканчиками, и у Лео даже мелькнула мысль оставить себе один в качестве маленького сувенира.

Проблема только одна: где его взять? Лео понятия не имела, особенно учитывая, что, втолкнув ее в дверь, Нина зловещим шепотом предостерегла: «Никогда не пей то, что предлагают парни, ни в коем случае!» — и вместе с Истом исчезла в глубине дома.

В «Ин-энд-аут» было хотя бы весело. Зал был набит битком, поэтому они сели снаружи — столик удалось занять только благодаря Нине, злобно сверлившей глазами девушку, которая давно закончила есть и просто сидела, болтая по телефону. Как и сказала сестра, Ист заплатил за всех троих и вынес заказы. Они взяли «картошку по-звериному» из секретного меню с секретным соусом, сыром и жареным луком, а Нина вдобавок еще и подворовывала ломтики у Лео.

— Внимание, правило такое, — Нина наставила ломтик картошки сразу и на сестру, и на своего парня. — Лео сегодня не пьет. Повторяю: не пьет.

— Стоп, что? — возмутилась Лео. — Я думала, мы идем на вечеринку! Ты заставила меня нарядиться, даже глаза мне накрасила!

— Издеваешься? Если ты напьешься или мама учует, что от тебя несет пивом, я труп. Она посадит меня под домашний арест на двадцать лет, я одичаю и превращусь в дряхлую старуху. Ага, как же. Нет и еще раз нет!

Лео перевела взгляд на Иста, который запихивал в рот картошку. Нинино заявление его явно развеселило.

— В дряхлую старуху, — смачно повторил он.