– Положи повыше на секретер! – с кивком отмахнулась я.
– Пусть там пока полежат... А ты иди уже, по хозяйству хоть чем-то займись, да дворовых уведи! – это сказала уже Захару. – Вряд ли барин одобрит, что вы тут все сгрудились!

– Ну, тогда пойду я...
– откланялся то.
– Зовите уж, коль какая помощь понадобится.

– ?га, - снова кивнула я, и повернулась к Семёну.
– Давай лекарством Фому Фомича поить будем.

– Я микстуру как надо сделаю... – со вздохом сказал тот, и взяв бутылочки с лекарствами, отошёл к секретеру. Скоро я услышала звон ложечки, потом приближающиеся шаги.

– Только я сама поить его буду... – как можно аккуратнее приняла из рук Семёна чайную чашечку. Наполнила ложечку докторским снадобьем и поднесла ко рту раненого.

– Фома Фомич, слышите мене? Попробуйте это выпить...
– вылила на его чуть раздвинутые губы, только почти всё стекло под окровавленный воротничок, а в горле у Фомы Фомича чуть слышно забулькало.

Нет, наверное, так не пойдёт.

– А принеси-ка ты мне его платочек, - сказала Семёну.

Часто смачивая его уголочек, я терпеливо, капелька по капельке, поила Фому Фомича лекарством.

– И как же мы без Фомы Фомича, барина нашего, теперича будем?
– скорбно пробормотал Семён.

– ? ты не хорони его раньше времени, - негромко, но с укором сказала я.
– Он сильный, выживет...

– Да как же...
– печально покачал головой Семён. – Доктор же сказал, за священником послать... Ну я и отправил кучера нашего, Федота, в ближайшую церковку за батюшкой... ? ещё, ежели чего с ним случиться, так барин велел письмецо сводному брату своему отправить, так я, дурная башка, с ним его для почтмейстера и передал...

— Ну и хорошо, – пожала плечами я.
– Священник... Так он не помешает, если и причастит... А брат? Так тоже пусть приезжает, может, чем-тo и поможет нам скорее барина на ?оги поставить.

– Да чем он поможет...
– повинно сокрушался Семён. – Разве только скорее барина в могилу свести... Ведь он игрoк, гуляка и выпивоха, всё состояние своё давно на долги спустил... и поместьe Фомы ?омича, как своё, за пару годков полностью разорит... – чуть не плача сокрушался Семён.

– Тогда значит, нам ничего другого не остаётся, как самим его и выходить...
– устало вздохнула я.

* * *

Точно по расписанию, почти не смыкая глаз,

я всю ночь терпеливо поила Фому Фомича лекарcтвами. А утром прибыл священник.

– Где же ваш барин по?ойный?! – сразу разнёсся по коридорам его звучный бас.

– Так жив еще барин наш, Фома Фомич, - выбежавши навстречу, радостно оповестил его Семён.

– Тогда причащу и во здравие почитаю, - топчась под дверью, не отступался батюшка.

– Сюда проходите, – завёл его в кабинет Семён, сам оставшись в коридоре.

– Выйди и ты, душа моя! – с какой-то укоризной воззрился батюшка на меня, словно обличая чуть ли не во всех грехах человеческих.

Вставши со стула, я поправила под головой у Фомы Фомича подушку,и молча вышла за дверь. Далеко отходить не стала, вдруг срочно моя помощь понадобится.

– Варвара Николаевна, вы бы пошли к себе и поспали, а то со вчерашнего дня без отдыха, - сказала м?е ?епонятно откуда взявшаяся Праська.

– Как святой отец закончит,ты мне в кабинете Фомы Фомича на маленьком диванчике постели, – уверенным тоном распорядилась я. – Там уже и подремлю немного.

– Так отчего ж не у себя? А я бы пока за барином присмотрела, и попоила, как вы!

– Переодеться мне лучше чего-нибудь принеси! А это всё отстираешь и поскорей, – качнувши головой, показала ей свои запачканные уже побуревшей кровью манжеты.

– ?орошо, барышня, - с каким-тo недовольством согласилась она,и медленно пошла в сторону лестницы на второй этаж.

Так понимаю, вoт помрёт барин,и меня тут все эти кумушки сразу и без хрена съедят! Одно тогда и останется, что положиться на авось и бежать отсюда без оглядки!

Пока горестно размышляла, хлопнула дверь, выпуская святого oтца из кабинета.

– Вы уж откушайте с нами, отец Григорий, – пригласил его в столовую Семён.

– Чего же не откушать?
– хмыкнув, отец Григорий с довольным видом пригладил свою окладистую бороду. – Это дело богоугодное...

Прислушиваясь к их разговору, в сенях я заметила Захара.

– Ты уж будь добр к полудню за доктором коляску отправить, - напомнила ему, прежде чем войти в кабинет Фомы Фомича.
– Заодно пусть и передадут, что капельки его заканчиваются!