— Господин Президент, — произнес Патриарх особенно торжественно, поднимаясь из- за стола. — Сегодня здесь собрались молельники со всей нашей великой страны. И вечером мы хотим провести особую службу в нашем главном храме, где попросим Господа нашего о здравии вашем, нашего Президента, благополучии нашего народа, всех граждан России и всех русских людей в мире.

— Благодарю Вас, Ваше Святейшество! — Президент едва заметно прищурился.

— Позвольте вам подарить этот особенный сосуд, освящённый на мощах Сергия Радонежского, который собрал нас сегодня всех здесь. — Патриарх протянул Президенту металлическую кружку-стакан. — А теперь нас ждут прихожане. Кстати, небо сегодня просто волшебное!

— Синее? — после короткой паузы отозвался Президент. Он услышал код, давно не используемый, и удивился.

— Бирюзовое! — заговорчески, картинно, почти шепотом улыбнулся Патриарх и, прищурившись, добавил. — Бирюзовое, как глаза самой Пречистой Девы.

21

К сцене, где с минуту на минуту должны были появиться Президент с Патриархом, в сопровождении волонтеров стекался многотысячный поток людей. Священнослужители уже успели снять свои праздничные расшитые золотом одеяния и нарядные епитрахили и, облачившись в рясы и капилавки, чёрной тучей разместились напротив трибуны.

Из трапезной, в сопровождении нескольких монахов вышла женщина в бирюзовом платочке. Бесшумно ступая по свежеуложенной брусчатке, она уверенно шла к трибуне. Ее аккуратная головка кусочком неба мелькала среди черных монашеских шапочек.

— Камаил! — улыбнулся снайпер в прицел, с колокольни наблюдая ее движение.

— Камаил! — выдохнул облегченно Сергеи Валерьевич — бессменный начальник охраны Его Святейшества Патриарха всея Руси.

22

Впервые Сергеи Валерьевич увидел Ее на хиротонии епископа Смоленского. Она вошла в Зал церемонии через центральный вход вместе со всеми прихожанами и уверенно, сквозь волнующуюся толпу, проплыла к вип-зоне, немало удивив охрану золотым конвертом — личным приглашением Патриарха. Этот факт привлек его внимание, и он всю службу наблюдал за Ней.

На первый взгляд неприметная, Она как магнит притягивала взгляды окружающих. Ее улыбка сияла, и опытный офицер чувствовал, что заворожен этой улыбкой — в ней таилась странная сила и удивительный покои. Он с трудом смог переключиться, чего нельзя было сказать о тех, кто находился рядом с Ней. Некоторые из присутствующих, казалось, молились и крестились не на иконостас, a на Нее.

После службы Она исчезла также незаметно, как и появилась, но в разгар последующей после таинства праздничной трапезы снова появилась. Спокойно и уверенно минуя стол со светскими гостями, направилась к столу схимников, где Ее уже ждали.

В недоумении Сергеи Валерьевич посмотрел на Святейшего. Тот улыбался Ей какой-то детской улыбкой, как будто видел чудо.

Она и была чудом.

23

Многотысячная толпа на площади загудела, приветствуя приближавшихся к трибуне Президента и Патриарха. Небо снова посветлело, и солнце, решившее поджарить всех этих людей с раннего утра, снова принялось за свою работу.

В черном облаке монахов прямо напротив трибуны Президент увидел знакомую зеленоглазую улыбку в бирюзовом обрамлении.

— Камаил, — улыбнулся Президент и окинул отеческим взглядом притихшую в ожидании площадь.

24

Прощаясь, Патриарх передал Первому несколько бумаг с прошениями о передаче земель под храмы в трех регионах и вскользь заметил, что «жаль человека».

— Наверное, вся Грузия сейчас скорбит, ведь не просто человек — эпоха целая ушла сегодня. — закончил он.

Президент на несколько секунд задумался.

— Ну что, будем прощаться, Владимир Алексеевич!

— Доброй дороги, Михаил Михайлович! — Патриарх привычным жестом перекрестил воздух.

25

— Отправьте мои соболезнования в Грузию. — скомандовал Президент, едва вертолет поднялся в воздух.

— По поводу чего? — бледный пресс-секретарь напряженно достал блокнот.

— Думаю, Шеварнадзе, — пожал плечами Первый. — в восемнадцать-тридцать отправьте телеграмму.

Президент отвернулся к иллюминатору. Перед глазами стояло лицо Камаила.

«Мера за меру» — прочел он движение ее губ.

— Да… Мера за меру! — произнес он задумчиво в небо.

26

Полковник Байдаков задумчиво сидел в своем кабинете. В здании уже третий день работала служба собственной безопасности. Москва бурлила, обсуждая громкие отставки среди высшего эшелона силовиков.

И только в специальной службе знали, что это было связано не с коррупцией, как объявлялось в новостях, a с предотвращенным несколькими днями ранее покушением на Президента.

Отравленную воду служба безопасности Патриарха доставила в спец-лабораторию, минуя и даже не поставив в известность службу охраны Президента. И он, полковник Байдаков, отвечающий за безопасность руководства страны, был даже не осведомлен, что стало причиной служебного расследования.