Пока что Дашка ещё на работе. Но утром она придёт домой и узнает в красках, как подружка пыталась склонить её ненаглядного мужа к тому, что большинство всё ещё относит к сексуальным отклонениям. Что она подумает и что станет делать?

Уж не врежут ли Алисе завтра в конце рабочего дня по морде и не повыдерут ли её распрекрасные волосы?..

Проснулась Алиса довольно бодрой и в настроении приподнятом, но оно испортилось, как только она вспомнила о том, что Даша примерно сейчас должна где-то там разочаровываться в своей подруге.

А ещё эта стерва со своими нравоучениями о престижности проституции.

Алиса выбралась из постели, стараясь не шуметь, извлекла из сейфа салат и уединилась с ним в ванной. Завтрак оказался несущественным, и пришлось прикончить и второй салат тоже, хотя его она планировала прихватить для обеда на работу. Что ж.

«Нужно будет где-то раздобыть еду», — думала она, догрызая леденцы и отправляясь под душ.

Купалась Алиса довольно долго, а потом ещё и очень медленно выбирала одежду. Потому что крайне не хотелось встречаться с мегерой. А может, она ещё дрыхнет?

Мысль о кофе заставила всё-таки выползать из укрытия.

Майина мать встретила Алису на пороге её комнаты, словно ожидала за дверью.

— Давай палец, — велела она попятившейся девушке.

— Что, прости?

— Давай палец. Мы будем замерять показания глюкозы каждое утро перед тем, как ты посетишь в пищеблок, — прогудела в пионы Майина мама.

Отступать было некуда.

Штукой, похожей на фломастер, фурия прижалась к Алисиному безымянному пальцу и нажала на кнопку. Было больно, и та отдёрнула руку, но матушка Майи тут же её поймала и сдавила палец, выжимая из ранки кровавую каплю. Сунув «фломастер» в карман передника, она вытащила оттуда небольшую штуковину, в которую сверху было воткнуто что-то вроде подрезанного теста на беременность. И окунула кончик палочки в каплю.

Алиса ловко отдёрнула руку от ватки со спиртом, которой фурия попыталась промокнуть повреждение, — не хватает только в обморок тут бахнуться. И мать Майи уже вдохнула, чтобы рассказать о чём-то по этому поводу, но сбилась, увидев показатели на глюкометре.

— Семь с половиной! — ахнула она. — Натощак! Ты хотя бы понимаешь, что с собой сделала?!

— Мамочка, пожалуйста…

— Если за неделю не стабилизируется, ты ложишься в клинику! — объявила мать Майи. — Ты меня поняла?! Такие показатели при том, что ты весь вчерашний день питалась только стандартными наборами, это уже клиника! Нужно углублённое обследование…

— Я опаздываю.

— Это не правда. Думаешь, я не узнала, к которому часу должна приходить секретулька отеля?! Чтобы сегодня же поговорила по поводу возвращения к нормальной работе! Я не дам тебе загубить свою жизнь! Как бы ты ни старалась! А ты что-то очень усердствуешь! Что с тобой, Майя, тебя словно подменили!

Стиснув зубы, Алиса сбежала мимо неё по лестнице и нырнула в кухню. По крайней мере, сюда мегера к ней не войдёт!

Сняв буйосету и посасывая палец, заварила кофе. Спасибо хоть привыкла пить его без сахара! А вот конфетка в прикуску весьма бы не помешала. Эта ведьма и правда сделает из неё толстуху! С такой нервотрёпкой постоянно хочется сладкого!

Пригубив кофе, Алиса посмотрела по карте, сколько ехать до работы на такси. Отсюда оказалось целых полчаса. Но зато… по пути находился один из филиалов «Толстячка». И в наличии оставался некоторый запас времени.

Отлично.

Алиса заказала машину ещё с кухни, чтобы минимизировать общение. Так что соображения касательно того, что и как нужно сказать первым делом Славе она слушала уже в спину.

Умудрённая опытом, много «наркотиков» Алиса покупать не стала. Взяла пару пирожных, две коробки конфет и вафли. Сунула на дно рюкзака и, насвистывая, отправилась к ближайшему уличному пищеблочку, где от пирожных избавилась, а конфеты развернула и сунула во вмещавший их же пакетик уже без индивидуальной упаковки.

Уничтожая сладкое, присев на столик пищеблочка, Алиса, морщась от картинок, выбирала себе венерическое заболевание, которым в крайнем случае отобьётся от работы проституткой, если её всё-таки припрут к стенке.

В конце концов остановилась на генитальном герпесе. Это звучало наименее противно. А то вдруг окажется, что о венерических болезнях тут говорят, как о простуде, и могут даже в общем чате написать.

Применять герпес она будет только в крайнем случае.

И, разумеется, говорить со Славой добровольно не станет.

Но в отеле оказалось, что он сам собирается с ней поговорить.

— Прости, дорогая. Но дай мне хотя бы неделю, — взмолился начальник, картинно сложив руки.

— На что? — подозрительно уточнила Алиса. В его кабинет она шла с опаской, предположив первым делом возобновление домогательств.

— На поиск администратора бронирований! — простонал Слава. — Я снова обновил вакансию, даже сам звонил по резюме всё утро. Это какой-то сюр. Твою должность — временную, временную, клянусь! — как будто прокляли! Я уже даже ставку повысил. Но нет, совершенно нет никого подходящего! Знаю, что Адочка лютует, но я тоже не волшебник. Объясни ей уж, что это непродолжительная замена, обусловленная… Ты в порядке?