Приходящая на помощь Марина уже ждала на одном из диванов, но Алиса её не узнала — на аватарке мессенджера та была в голубой буйосете и широких тёмных очках, а на диване — в кремовой с чайными розами и без макияжа.

— Уверена, что это недоразумение! — заявила Марина первым делом, подскочив к Алисе, когда та попыталась пройти мимо к своему рабочему месту. — Я ей так сразу и сказала. Если честно, она и сама так думает, просто… В общем, я взяла отгул, чтобы наперёд всё прояснить, и не вышло… Ну, ты понимаешь. Что случилось? Ринат несёт дичь, но он мне вообще никогда не нравился! Она-то не может ему в лицо сказать, что это бред, муж всё-таки… Хотя я считаю, гнать его надо в шею уже давно! Так что случилось-то? — Тараторящая в буйосету Марина не делала пауз, в которые можно было вставить хоть слово. Зато она схватила Алисины руки и лихорадочно их массировала, в запале больно вдавливая в кожу собеседницы длинные ногти. — Давай догадаюсь сама: узел развязался или зацепила за что-то, а этот придурок выдумал целое представление! Вот он мне категорически не нравился, с самого первого дня. Не удивлюсь, если какая-то из его баб ему готовит! Но такую муть выдумать — это надо вообще больным быть. Вот правда! И Дашку довёл, и тебя, и меня, а всё из-за какого-то неловкого поворота головой. Вот прямо: что он, в самом деле, рот первый раз увидел, чтобы такой цирк устраивать? Тактичности в нём никогда не было. Ну правда, сама вспомни, как к близнецам относится, словно их вообще нет! Так-то, если женщина тебе готовит, изволь заботиться о её детях! Выискался, любитель комфорта. Думает, няньку наняли, так можно вообще не появляться, пока жена на работе ноги раздвигает. Мог бы домой своих баб приглашать, так нет! Ему лишь бы от детей подальше, и он даже не скрывает этого… И вот я вообще не удивлюсь, если он к кухаркам шастает. Сама понимаешь, Даше готовить особо некогда — а от него не дождёшься. Но он же где-то пищу принимает! Вот никогда не поверю, что он сидит на стандартных наборах в ожидании Дашкиных выходных. А она-дура верит, ей лишь бы кто с ним покувыркался, потому что она задолбалась, и думает, что при этом не найдётся какая-то вертихвостка с кастрюлей рагу… Ой! — Марина наконец-то запнулась, выпустила Алисины руки и прижала ладони к буйосете. — Прости, я не это имела… я не то… извини, я случайно про рагу, я… Майя! Что ты молчишь, объясни, наконец, что было-то на самом деле?

— Я… — невзирая на очень продолжительный спич, подходящий ответ Алиса придумать не успела. — Я совершила ошибку.

— Ну вот не надо! — послушно завелась приходящая на помощь Марина. — Незатянутый узел — не ошибка, не нужно себя винить, всякий нормальный человек… А он ещё и отсебятины добавляет, и несёт, такое несёт, что просто… Я считаю, Даше пора его выставить. Потому что, мало ли, что он в следующий раз удумает!

— Давай… присядем, — промямлила Алиса. — Погоди, я проверю сайт и подойду.

Распределив поступившую бронь у стойки, она вдруг придумала что-то вроде выхода. И поспешила к Марининому дивану в сторонке от немногих имеющихся в комнате отдыха посетителей.

— Я действительно это сделала, — объявила Алиса.

— Что? — даже не сразу врубилась Майина подруга.

— Специально сняла буйосету и поцеловала Рината.

Глаза Марины стали размером с блюдца. Возможно, она даже приоткрыла рот — подбородок вытянулся.

— Это был эксперимент, — опустила голову Алиса и присела рядом. — Для моей книги. В моей книге поцелуи — это нормально, люди целуются просто на улице, при родителях, целуют своих детей (не в губы, конечно). Мне нужно было знать, как это описывать. Потому что я раньше никогда не целовалась. Не понимаю, что на меня нашло. Я всю ночь писала книгу, и, пока мы сексом занимались, подумала, что у меня там неправдоподобно… и вот. Я очень зря это сделала.

Марина кивнула, всё ещё тараща глаза. Признавала, видимо, что Алиса сделала это очень зря.

— Ты… сняла с себя и Дашиного мужа буйосеты, и поцеловала его? — на всякий случай уточнила подруга Майи. — Трогала своими губами его рот?

— Да, что-то вроде того. Чтобы описать это в книге.

— Ты спятила! Майя, тебе надо лечиться!

— Я погорячилась. Это была ошибка.

— Лизать мужа подруги — это не ошибка! Это пи*ец!

— Признаю, — смиренно кивнула Алиса, глядя в пол. — Но что теперь делать?

— Я бы тебе голову оторвала, вот честно, если бы ты такое провернула с Димкой! — Марина даже отодвинулась от неё к самому краю дивана.

— Я больше ни с кем ничего похожего не сделаю. Клянусь! Я немного помешалась на «Срамном измерении». Можешь поговорить с Дашей, пожалуйста. Чуть-чуть успокоить там или что-то такое… Скажи, что у меня писательские заскоки.

— Май, какие заскоки?! Ты полезла в рот мужу лучшей подруги! Как я её теперь успокою, когда я сама успокоиться не могу?! — Маринка схватилась за голову. — Радуйся, что он заявление на тебя не накатал!

— Ты теперь перестанешь со мной общаться? — понурилась Алиса.

— Димку точно к тебе не подпущу… Ох, ну ты даёшь! Что же теперь делать? У вас пересекаются с Дашкой графики?

— Пока нет, — чуть воспрянула Алиса. Похоже, информационный блокнот не врал, и Марина всё-таки собиралась прийти на помощь.

— Это тебе повезло. Ей нужно остынуть, лучше бы вам не пересекаться какое-то время. Я подумаю, как… Блин, это на голову не натянешь! О чём ты только думала…

— О книге. Марин, мне… надо работать. Слава ругается, если я не у компьютера. Я временно замещаю администратора бронирований.

— Что-о-о-о?!

— Это очень долго объяснять. Мне нужно за стойку.

Алиса чувствовала, как спину буквально прожигают взглядом, пока сбегала на рабочее место.

Ситуация запутывается всё больше…

За полчаса до отбоя Алиса поужинала в пищеблоке остывшими отбивными. Мегера обещала заказать какие-то продукты, так что хотя бы что-то дома можно будет соорудить для выживания. Позволить себе рестораны и еду с доставкой она каждый день не сможет никак.

Нужно было приготовиться к низкому старту, чтобы ретироваться до появления Дашки.

К счастью, Алиса успела выскочить из отеля и дойти до угла прежде, чем её добавили в этот чат. Не то бы от полученной информации потерялась, и ещё, чего доброго, столкнулась бы всё-таки с Дашей.

Диалог из трёхсот одиннадцати пользователей назывался «Поможем Павлику!». Первое сообщение, написанное контактом, обозначенным в телефонной книжке Майи как «Даня», сообщало, что у постоянного администратора бронирований, которого сейчас подменяет Маечка, подтвердилась онкология. Обнаруженное во время операции по удалению аппендицита новообразование оказалось злокачественным и запущенным, пустило метастазы, и стадию рака сейчас определяют как четвёртую. Необходимы дорогостоящие лекарства, чтобы продлить ему жизнь. «А все мы знаем, что Пашка работал за гроши, денег у него нет, да и семья очень простая, деревенская». Даня предлагал сбрасываться прямо на карту Павлика по номеру телефона и подчёркивал, что даже небольшая сумма лучше, чем ничего в этом случае.