Он не задавал вопросов по поводу нетипичности её поведения. Но, надо полагать, оказавшись с ней вдвоём в одной квартире и в одной кровати, захочет большего.

Она уже и сама хотела большего. Но только не там, посреди палаты, на глазах других больных и без возможности даже шторку подкатить для столь обыденного занятия.

Алиса переживала и радовалась. Складывалось всё довольно удачно. Выписка совпала с дозволением съезжать от матери, а к тому же ещё и экс-подруга Дашка взяла наконец-то отпуск и покинула страну, от чего находиться в отеле стало поспокойнее.

Алиса в целом пообвыклась в этих реалиях и даже дважды соглашалась на оргазм в перерыве от заведующего снабжением Романа. Нечто подобное уже не казалось ей ни изменой, ни предательством по отношению к Паше. Хотя она и не представляла, как бы отреагировала, увидь, как сам он милуется с какой-нибудь медсестрой.

Но на исходе первого курса химеотерапии Павлу было не до того. А Алисе требовалось снять напряжение. И ещё попрактиковаться. Ведь Паша думает, что она — дипломированная проститутка. Что, если он в ней разочаруется?

Рома пришёлся кстати. Правда, на второй раз у него не вышло докончить своё начинание, потому что перерыв завершился раньше, чем Алиса осталась удовлетворённой. Зато она со своей задачей справилась.

В воскресенье перед переездом Алиса задержалась — как всегда, провела вечер в больнице. А когда вошла домой, так и застыла на пороге.

Прямо на диване в гостиной стояла в позе собаки совершенно голая, не считая буйосеты, мегера, а за ней пыхтел видный от входа по пояс Слава, чья лысина взмокла от усердия. Грудь Майиной матушки обвисла и вытянулась продолговатыми мешочками, морщинистая шея без обрамления платья казалась слишком длинной, спину и плечи испещряли пятна и точки старческой «гречки».

Открывшаяся сцена выглядела попросту ужасно.

Алиса охнула, ахнула и попятилась.

— Здравствуй, дорогая. Мы уже заканчиваем, заходи, посиди с нами, — невозмутимо прогудела в неизменные пионы мегера, вытягивая шею над спинкой дивана. — Представляешь, Ирочка, дочь моей маникюрши, тоже отказалась от работы сегодня.

В такие моменты Алиса бывала особенно не уверена, что жаждет оставаться жить в подобных реалиях навсегда.

Она ретировалась наверх пулей, промычав Славе что-то приветственное на ходу и больше не поворачивая к безумной парочке голову.

И это при живом отце, то и дело всеми упоминаемом и приходящемся Майиному работодателю, вроде как, другом.

Нет, Алиса так не хочет.

Не хочет, и всё.

Свобода здешних нравов абсурдна и попросту отвратительна. Есть вещи, которые нельзя выносить на божий свет! Ничего в этом нет естественного!!!

По телу Алисы прошла дрожь. Ей показалось, что любовные утехи мегеры обязательно приснятся сегодня ночью и заставят проснуться в холодном поту. Часть приготовленной для Паши запеканки, которой Алиса угостилась и сама, запросилась наружу, едва перед мысленным взором воскресло подпрыгивание грудей Майиной матушки на спинке дивана.

Да ей же под пятьдесят!

Конечно, в зоне отдыха отеля Алиса чего только не насмотрелась за последнее время. Но там хотя бы люди были незнакомые. И к ним худо-бедно удавалось относиться, как к персонажам фильма для извращенцев.

Но мегера…

— Пф-ф-ф-ф, — опять содрогнулась всем телом Алиса, и зажмурилась.

А что, если спасти из этого дурдома и себя, и Пашу? Может Майино колдовство утащить его в реальность?

А захочет он?

А Алиса вообще уверена, что он так уж ей подходит?

Нужно попридержать коней и присмотреться к нему в быту. Потому что ей все новые кавалеры поначалу кажутся идеальными. А тут ещё и чувство вины.

— Не торопимся. Не торопимся, — приговаривала Алиса, собирая по комнате вещи с излишней поспешностью: так сильно и глубоко впечатлилась от увиденного внизу.

Хотелось бежать из этого публичного дома сейчас же.

Интересно, он ушёл? Или на ночь останется? Повезёт завтра Алису на работу, обсудит подробности траха с её временной мамашей.

Хорошо, что наступили выходные.

Бежать, бежать, бежать…

Приходящая на помощь подруга Марина написала совершенно внезапно. И спросила, можно ли заехать в гости прямо сейчас. Алиса согласилась, хотя дружеские визиты были не в тему — она уже почти уложила вещи.

И твёрдо решила съехать немедленно, а не завтра днём.

Впускала Марину мегера. Слава успел уйти. Спустившаяся по лестнице Алиса увидела первым делом опухшие красные глаза Майиной подруги и прижавшую руку к буйосете Аду.