— Так точно! Справлюсь! Опыта у сол… бойцов достаточно, — кивнул Каппель. — Чем займется вторая рота?

— Для поднятия авторитета штурмового батальона с целью дальнейшего развития и пополнения полка опытными солдатами нам требуется громкая акция. Пока не знаю, что именно. Решу на месте с бойцами второй роты. Пару дней отдыха и мы уходим в свободный поиск.

— Две сотни бойцов не пройдут незамеченными между германскими подразделениями. Сейчас все окрестности контролируются противником, — заметил Владимир Оскарович.

— Всегда есть выход. Запросим артиллерийскую подготовку и ложное наступление на одном из направлений, что позволит нам выйти на оперативный простор. Как раз вы будете действовать в ближней зоне, а мы отправимся дальше в тыл к германцам, где создадим временную базу для поиска подходящей цели. В точке выхода нас встретит Лейб-гвардии Конный полк, либо другой гвардейский полк. Договоренность с генералом Гартманом на оказание нам помощи есть.

На самом деле не все так плохо и по начала я сам думал, что моя задумка сплошная авантюра, но чем больше наблюдал за противником, тем чаще ловил себя на мысли, что немцам нечем ответить на вызов в виде штурмового батальона.

— Надеюсь, вы знаете, что делаете, Дмитрий Павлович, когда подвергаете себя подобному риску.

— Я полностью осознаю все риски и, уверяю вас, шансы на успех, как никогда высоки. Давайте лучше потратим оставшееся у нас время на подготовку.

Через несколько дней утренняя побудка у немцев началась с прилета снарядов. Артиллерия систематически перепахивала позиции только начавших обустраиваться немцев квадрат за квадратом. Взрывы на вражеских позициях были для солдат первой армии приятнее самой лучшей музыки, а после десяти минут непрерывной канонады на лицах появились робкие улыбки. В этот раз перед наступлением снарядов не жалели и стреляли по нормам более позднего времени.

— В атаку! Вперед!

Данная команда повторилась по всей линии окопов, и солдаты ускоренным шагом направились в сторону германских укреплений, при этому умудряясь на ходу стрелять в противника. Эффективность данной стрельбы сводилась к нулю, но я не вмешивался и правильно сделал. Чем ближе приближались солдаты к вражеским окопам, тем страшнее становилась немцам.

— Ура!

Удивительно было осознать, что в действующем пехотном уставе «Ура!» это команда ударить в штыки, а не только боевой клич, который повторяет каждый солдат. Но эта мысль не мешала мне наблюдать за тем, как несколько тысяч русских воинов блестя штыками и крича древний клич атакуют вражеские позиции. Резня шла жуткая и вскоре трупы немцев густо усыпали траншеи. И правда нет никого страшнее русского солдата в рукопашной схватке. Завораживающее зрелище.

Командование полностью согласилось с планом отвлечения и двадцать пятая пехотная дивизия отступит сразу же, как только враг покажет серьезное сопротивление. Нет смысла держаться за только что созданные укрепления врага и терять солдат. Как только пехота закрепилась на отбитых позициях мы верхом проскочили линию фронта. Солдаты при виде того, как мы в полной экипировке и с навьюченными поклажей лошадьми устремились вперед ухмылялись своим догадкам и крестились нам вслед. Порой обычный унтер знает о планах командования больше, чем некоторые штабные офицеры.

Спрятать две сотни бойцов с походным снаряжением в тылу противника такая же сложная задача, как и выбрать достойную цель для диверсии. Благо прусские леса еще не все вырублены. А вот с разведданными были определенные проблемы. Космическая разведка отсутствует как класс, воздушная почти не используется в виду большой потери самолетов в первые месяцы. Агентуры в прифронтовой зоне тоже нет и остается полагаться только на себя. Меня точно нельзя назвать диверсантом или бойцом Сил Специальных Операций для этого требуется далеко не штурмовая подготовка, но кое-что все же «могем».

Где вероятнее всего будет организован штаб корпуса или чем черт не шутит всей армии? Вряд ли в поле, а скорее всего в ближайшем городе. Как там обстоят дела с охраной? Ответ очевиден. Терять солдат при штурме с неясными перспективами точно не мой вариант. Но я не унывал. В свое время находясь рядом с командующими армиями и корпусами я заметил, что посмотреть на передний край фронта любимое дело почти всех полководцев.

До активной снайперской стрельбы и бомбардировок боевые действия еще не дошли, да и не принято пока специально охотиться за офицерами. Официально не принято. В нашем случае, смерть командующего армией ничего не изменит. Назначат нового. А вот взятие в плен вместе с документами то, что надо. Особенно, если по прибытию к своим заснять на камеру для потомков. Возьмем, как черновой план. Осталось дело за малым… начать работу.

Создав временный лагерь и максимально применив всевозможные способы маскировки, мы приступили к сбору информации. Разделив роту на группы, я отправил их в свободный поиск, а сам анализировал полученную информацию и вскоре удача улыбнулась нам. По донесением одной из групп по лесной дороге каждый день ездит большая колонна машин в сопровождении полусотни кавалеристов.

— Каждый день ездит по одному и тому же маршруту. Как думаешь, командир, готовятся к наступлению? — спросил сотник Глебов.