Немного страха и таинственности не повредит делу. Надо будет позже добавить привилегий на службе и увеличить жалование жандармам. И пусть фон Коттен дальше требует со своих подчиненных.

— Что еще важного?

— Зельман просил передать, что имеющиеся у него в распоряжение финансы подходят к концу.

Рано или поздно даже Юсупова со своими «знакомыми» не смогут спонсировать все мои пожелания.

— Передай ему я найду средства. И пусть начнет прорабатывать вопрос предоставления кредита от банков под залог недвижимости или доли в предприятиях. Нам нельзя сейчас сбавлять взятый темп.

— Может быть найдем еще одного Рубинштейна? Я чувствую таких предателей у нас немало в стране! — со злостью произнес Демьян.

— Пока еще рано действовать таким образом иначе получим результат, когда финансы уйдут из страны в куда большем объеме. Кстати, передай Паршину пусть нашего пленника начинают раскручивать по серьезному. После чего всю информацию в ОКЖ, а его самого… в зависимости от полезности полученной информации и переданных активов.

— Пора бы уже. Паршин жалуется совсем достал их этот банкир. Вот они теперь устроят ему веселую жизнь…

С радостью отправившись выполнять мои поручения Демьян выскочил из машины, а я направился на встречу с новым командующим ОКЖ. Михаил Фридрихович фон Коттен не заметил, как я вошел в его кабинет и продолжал работать с документами. По его осунувшемуся лицу было видно, что об отдыхе он может только мечтать. Предшественник оставил после себя ворох проблем, которые необходимо срочно исправлять. Так что работы у него явно хватает.

— Как ваши успехи, Михаил Фридрихович?

Вздрогнув от моего голоса фон Коттен вскочил и резко поправил складки на мундире.

— Прошу прощения, ваше императорское высочество, заработался. Успехи уже есть. В Петрограде и Москве восстанавливаем сеть агентов. Ввели наружное наблюдение за указанными вами фамилиями и выявили несколько германских шпионов, которых передали в Генштаб. Также проводим дополнительный набор среди действующих офицеров и к маю будем готовы открыть еще несколько новых отделений. Если бы я знал заранее о вашем приезде, то подготовил подробный доклад…

— Рад, что не ошибся в вас. Доклад подготовите позже, а пока скажите мне, что вы думаете о рисках возможной революции?

— Пока я не вижу сильного развития протестного движения и всеми силами буду стараться не допустить подобного непотребства. Если я ошибусь, то наружу вырвутся все демоны Ада и события десятилетней давности нам покажутся детским развлечением. Вы хотите, чтобы мы начали активно работать против социалистических партий? — спросил командующий жандармов.

— Запретить мы их не можем, устранять лидеров значит создавать новых идолов. Если не можешь остановить… возглавь и сделай это тогда, когда выгодно тебе. Попутно дискредитируя суть революционного движения. Для начала нам надо собирать информацию по финансированию партий. Уверяю вас, без денег революция закончится в тот же день. И скоро я покажу вам откуда стоит начать работать.

Задача жандармам предстоит вполне выполнимая. Социалисты и сами готовы нам помочь. Скоро Ленин выпустит статью, где оправдает предательство к собственной стране. Ждать уже недолго. А мы раскрутим эту тему и вскоре народ сам объявит их предателями без каких-либо усилий со стороны государства.

— У нас есть несколько агентов среди социалистов, но после назначения Джунковского со многими прекратили сотрудничество. Все что связано с политикой было расформировано и восстановление контактов потребует определенного времени.

— У вас есть фамилии агентов?

Открыв сейф, Михаил Фридрихович достал стопку папок и положил их передо мной на стол. Быстро пролистав дела с фотографиями агентов, я даже немного зауважал царскую охранку и еще сильнее возненавидел Джунковского. Как же легко разрушить то, что строилось годами. На одной фотографии молодого мужчины с примечательной внешностью я остановился и не смог сдержать удивления. Любопытно.

— Что скажете про него?

— Знаком лично в бытность начальником Петроградской охранки. Пойман с поличным во время акции, после чего ему было сделано предложение работать на нас. Практически сразу, как освободился из-под стражи, прекратил сотрудничество. Дальнейшие попытки вербовки полностью провалились. Хотя казался перспективным агентом.

— Пробуйте заново завербовать. По психотипу человек очень любит власть и идет к своей цели, несмотря на все преграды. Я думаю, если предложить нашу неофициальную поддержку, то мы сможем, как минимум, его заинтересовать.

Фотографии мелькали одна за другой. Сколько из них умрет своей смертью? Единицы. Революция всегда пожирает своих детей. В свою бытность аналитиком получал огромное удовольствие читая, как «заклятые друзья» пожирали друг друга. Не жалея родственников, друзей и даже знакомых. Жуткое время. И все бы хорошо, если не миллионы невинных жертв. Гражданской, красного террора, голода и дальнейших чисток. По сравнению с ними «кровавый царский режим» просто великие гуманисты.