— Нас охраняют. — собрав себя в кучу, начала водить мягкой губкой. По широкому развороту плеч. Кубики торса.

— Саульская?

— Дим. Она волнуется за тебя. Чуть не прибила меня. И не пустила к тебе. В больнице. Я не жалуюсь, просто пойми, ты важен для тех, кто тебя окружает.

— Элли, со мной опасно. И для меня слишком дорого даже то, что я вот так запросто пришел к тебе.

— Опасно? А без тебя не возможно. Здесь твой дом. Ты пришел в свой дом. — снова проникновение взглядом под кожу. Сплетение пальцев. — Мы повязку намочили.

— Я принес все, чтобы ты стала моей личной медсестричкой. Поиграем?

Они шутили. Касались друг друга. И находили новые, неизведанные силы. Просто от близости. Нежности. И полной открытости. В последний раз. Билась мысль в голове. В последний раз они вот так вместе.

А потом уснули. Элина ночью открыла глаза. Снова ужасный сон. Словно он исчез. Навсегда. Поцеловала плечо. Проверила сухая ли повязка. Слезы сами побежали по щекам. Так много всего прожигало грудь. Боже!

Он резко выдохнул и открыл глаза. Словно вынырнул из глубокой и темной воды.

— Маленькая моя, ну что ты! Не плач. Родная. Все скоро закончится. Все будет хорошо.

— Просто будь рядом всегда.

— Буду. До скончания веков. Ты и я.

— Дим, вернись в больницу. Ты же после операции? — они лежали на спине, повернув головы друг к другу. Пальцы рук сплетены.

— Так сильно надоел? Совращаешь, прогоняешь…

— Ты не просто так пришел, да? — попыталась распутать пальцы. Но Дима поднес ее руку к лицу и поцеловал. Развернул открытой ладонью и поцеловал снова. Легкими касаниями языка прошелся по всей внутренней поверхности руки, до сгиба. Дрожь сладостной волной опалила кожу. Элина прикусила нижнюю губу, сдерживая стон. Он не просто так пришел. Даже в черной мгле его серьезного взгляда читалась боль и растерянность. И это не из-за аварии, в которой кто-то недоброжелательный, перерезал тормозной шланг.

— Я вернусь в больницу вместе с тобой.

— Черт! — она отвернулась и зажмурилась. — Знала! Всегда знала, что это ты! Черт! Черт! Рогов, да? Он твоя фишечка? Он твой информатор?

— Не понимаю даже, что ты такое несешь! — В голосе откровенная, хоть и игривая ложь! Элина взяла ладошкой его за шею. И приблизила лицо.

— Рогова, пять лет назад именно ты нашел! — не вопрос. Утверждение. Кажется, она то всегда знала. Просто раньше, Дима был такой далекий и чужой. — И именно ты заманил его в этот город! И теперь ты не просто так тащишь меня в больницу?

— Элли, я хочу чтобы ты рядом была. При чем тут Рогов. — он ждет ее признаний и откровений.

— Сколько еще я не знаю о тебе.

— Ты не хочешь делать операцию, и я понимаю почему.

— Если сделаю, снова Андрея ко мне приставишь?

— Нет. Теперь рядом буду я.

— Знаешь, если когда-нибудь, решусь. Дима. Ты станешь первым, кто узнает. А пока молчи. Ладно? Я хочу спать.

Утром Дима открыл глаза. И даже не оглядываясь, понял, что один. Не просто в спальне. В комнате. В квартире. Он провел ладонью по лицу. Она боится операции. Новая боль. Новая бесконечная жизнь в больницы и неизвестность. Он сделал ошибку. Тогда еще не знал, что увидятся они теперь очень не скоро.

15

Элина еще раз поднесла телефон к лицу. Несколько сообщений о том, что ресторан ее семьи терпит убытки. О том, что отец под следствием. И фото их аварии с Димой. О том, что Дима ловкий преступник. Присела на краешек кровати. В сумраке ночи посмотрела на спящего парня. Он спит, потому что действие лекарств еще не отпустило. Авария, операция и бесконечный побег дают о себе знать. Он измотан. Так же как и она. И все вокруг.

Слишком затянулась эта странная история. Без ответов и вопросов. Тупик. Нет. Есть выход. И он один.

Элина оделась и вышла. В одном из сообщений говорилось, что все эти новости скоро станут достоянием общественности. Но есть шанс все исправить. Зависит лишь от нее, Элины Аркадьевны Филатовой. Сейчас, все дальше отдаляясь от Димы она обретала веру в свою собственную силу и возможность победить. В одиночестве всегда есть смысл. Просто надо правильно его распознать. Закурила. Дима ругается за это. сейчас дым нужен ей.

Во дворе дома уже стоял тот самый навороченный автомобиль. Рядом, в немом ожидании стоял водитель. Встреча необходимость. Элина вышла второпях. Драные джинсы и объемный джемпер крупной вязки. Ничего, кроме телефона не взяла. Она просто вышла по инерции. Словно в голове кто-то импульс послал. И то, что ее ждут явилось неожиданностью. При виде девушки, водитель открыл дверцу автомобиля и ждал. Не было сомнений кто это. В руке она держала сигарету. Сделала еще затяжку и выкинула, почти под корень истлевший окурок. Спрятала лицо в ладонях. Вдох. Выдох. Почему так сложно сейчас уходить. Предчувствие работает? И уходит она навсегда. Навсегда это так нестерпимо долго. Откинула ладонями спутанные пряди волос. Господи! Она сейчас похожа на Гавроша. И почему она сейчас вспомнила «Отверженных». Все же совсем не так. Жизнь другая. Люди другие. А она одна. Совсем одна.

Встреча безысходность. Автомобиль увез ее далеко за город. Внутри не просто тонировка. Элина не видела, куда ее везут. Да и какой смысл. Она легла на заднее сиденье роскошного автомобиля и начала петь. Ей так хотелось. Душа рвалась наружу. И почему то вспомнила именно эта песня. То ли болгарская, то ли башкирская. Но прекрасная. Элина иногда срывала ритм странным всхлипом. Но остановится не могла. Плевать на водителя! Он поднял загородку между водителем и пассажиром.

Крылья все свои изранил