Чтобы прервать неловкое молчание, поинтересовался.

– А у нас челнок то кто-то водить умеет?

– Однозначно нет.
– госпожа страйк — коммандер летящей походкой вошла в помещение, взмахом руки демонстрируя, что можно держаться вольно.
– Именно поэтому нам выделяют не только лихтер, но и пилота. А раз навигационных данных системы раздобыть не удалось — она с укоризной посмотрела на троицу аколитов, - несмотря на занесенную пилотам бутылку не самого паршивого амасека, - укоризны в голосе заметно прибавилось, - это уже не наша проблема, а прикомандированного летуна.- Вполне позитивно закончила она.

Аколиты смотрели на начальство чуть искоса, как бы ожидая перспектив продолжения.

Кадис ухмыльнулась.
– Нет, ничего вам за хранение и вероятное распитие не будет. Ну, - вздохнула она, - за исключением того, что я теперь знаю, что у вас есть.

И — она улыбнулась - не постесняюсь этим воспользоваться!

Полётная палуба гранд-крейсера поражала масштабами. Стены гигантского помещения конечно можно было разглядеть, где то там, вдали. Легкой дымкой висел в воздухе запах прометия и горячего металла, низкий гул прогревающихся двигателей пронзали резкие трели бинарики техножрецов, проводивших ритуалы над благословенными механизмами. Из череды характерно — рубленых силуэтов имперской техники выделялся весьма изящный и богато украшенный внутрисистемный кораблик. Инсигнии на его борту, выполненные с большим искусством из благородных металлов ненавязчиво намекали, что этот транспорт принадлежит Инквизитору. Вокруг суденышка концентрация техножрецов была запредельной: как будто волны шестеренок в характерных красных робах приливали и откатывались назад, что-то завинчивая, осматривая и просто полируя. Похоже, наш Господин имел свои планы вне корабля.

– Не зевай.
– Борис дружелюбно толкнул меня в плечо и я затопал куда как быстрее, чтобы угнаться за длинноногой леди — коммандером.

Предназначенный нам лихтер обводами здорово напоминал кирпич, к которому зачем-то приделали пару несуразно коротких крылышек. Сквозь настежь открытый шлюз, откуда-то со стороны кабины доносились хтонические звуки, возвещающие о том, что у кого то на борту отменно здоровый сон. Я на секунду преисполнился чернейшей зависти, но когда госпожа Кадис неслышимой тенью проскользнула внутрь, где-то внутри меня пробудилось подозрение о дальнейшем ходе событий и немалое сочувствие к одному из их участников.

Предчувствия меня не обманули.

– Смиррррнаа!
– От звукового удара лихтер кажется чуть подпрыгнул.

Бум!

– Ой, бля,... мама...!
– Кудрявое, круглолицее создание, ростом полутора метров в прыжке, с приятной фигурой, явно читаемой даже сквозь мешковатый, не по размеру, пилотский комбинезон, перепуганно подпрыгнуло и не больно то удачно вписалась головой в какой-то прибор над обзорным стеклом рубки.

– Окстись, пилот. Отныне я тебе ближе мамы с папою, но будем считать начало ты выбрала верное.
– Хохотнула Кадис, хлопая девушку по плечу.
– Не сильно ударилась?

– Нет, госпожа!
– Девушка потёрла голову и поморщилась.
– Я это... Меня Ню зовут. И, значит, сегодня вас везу.
– Она вытащила из набедренного кармана планшет с заметно засаленной бумажкой, на которой кривыми каракулями было выведено нечто вроде: «полётный план» и куча нечитаемого текста. Попыталась быстренько стереть наиболее крупное пятно, намекающее на плотное знакомство документа с донцем стакана с рекафом, естественно не преуспела и с несколько смущенным видом спрятала его за спину.

– Вижу, мы в надёжных руках.
– С серьезным видом покивала страйк — коммандер и махнула нам рукой.
– По ложементам, бойцы, закрепить оружие, проверить ремни. Ариес и Кастл — в кабину. Первый работает с авгуром, второй пялиться в окошко. В смысле - ведет визуальное наблюдение.
– Обернулась к пилоту.
– Задраивай шлюз, Ню. И маякни шестеренкам, пусть начинают ритуалы отстыковки.

– Так точно, госпожа!
– раздался щелчок тангенты вокса - Лихтер 45-01 вызывает диспетчера, лихтер 45-01 вызывает диспетчера, прием...

Безбрежная пустота войда приняла нас как родных. В облачке мгновенно кристаллизовавшегося пара мы покинули стартовый шлюз. Чуть отползя от исполинской громады гранд-крейсера на маневровых, кудряшка Ню хлопнула меня по колену, поинтересовалась, все ли пристегнуты, и не дослушав ответ врубила маршевый движок, направляясь к Вороньему Оку.

Добрались с ветерком, пилот плавно играла с ускорением так, что к планетоиду мы подошли на мягких лапках, изящно скользнув на высокую орбиту и потихонечку снижаясь. На первый взгляд обычный космический булыжник ничем особым не впечатлял. Серый реголит, бескрайние моря и сглаженные тысячами лет метеоритных дождей пики, множественные кратеры, как оспины на лице больного - естественная картина для мелкого и лишенного атмосферы небесного тела.

– Приближаемся, вышли на низкую орбиту.
– Мои глаза были прикованы к данным авгурии.
– движемся ретроградно относительно планетоида... То есть прогрессивно... Нет, опять ретроградно.
– Я протёр глаза.
– А на поверхности у нас +11 по Цельсию, небольшой дождь и радиационный фон порядка 400 рентген в час...или 4 зиверт, если угодно... В гамма и нейтронном спектре. В общем на поверхность не стоит высаживаться без метрового слоя крема от загара поверх модного, облегающего свинцового костюма, забетонированного в аккуратный кубик 8 на 7 метров...