Я поднял голову повыше, чтобы с ней было удобнее общатся. Взгляд сложно было назвать сфокусированным, да и смотрели глазки в разные стороны. Учитывая дырку в голове и вытянутый череп, зрелище было довольно сюрреалистическое.

– Ты меня слышишь?
– Поинтересовалась командир.

Голова открыла рот, даже не пытаясь артикулировать. Я почувствовал волну, вторгающуюся в мой разум и, внезапно, заговорил, не своим голосом.

– Назовите имя.

– Варп-сущность. Полноценным демоном назвать сложно. Кто-то из младших духов Имматериума.
– Быстро сказала Кадис.
– Пробудилась в теле, с головой связь так себе, но есть.

Тварь ворочалась в моей голове, явно стараясь устроится там поудобнее и выселить её пока никак не получалось. Я снова услышал свой голос.

– Назовите имя. Назовите имя господина.

Борис выхватил из кармана маркер и быстрыми движениями набросал прямо у меня на груди обычную пентаграмму.

На мгновение стало как будто легче. Я поднатужился, напряг, кажется, уши и сущность вылетела из моего разума, как пробка из бутылки. В памяти сама собой всплыла механикусовская литания очищения магнитных носителей. Как-то прямо захотелось прочитать, чего со мною отродясь не случалось.

– Как тебя изгнать?
– Задумчиво произнесла командир, глядя на голову изподлобья.

Со стоном открывший глаза паталагоанатом, увидел наш перформанс с головой и немедля, очень искренне начал читать молитву. Голова явно задёргалась.

Кадис хмыкнула, протянула руку к телу и всадила в него пару громко треснувших в воздухе ветвистых молний. Оно дёрнулось и обмякло. Голова закрыла глаза.

Дознаватель обернулась к старику.

– У вас тут крематорий есть?

– Даааа, госпожа... Что это было?!

– Посмертные судороги.
– Внимательно глядя ему в глаза ответила командир.
– И, возможно, галюциногенный газ из капсулы в полости тела.

Левый глаз старика мелко задёргался.

– Конечно, госпожа, как скажете. Галюциногенный газ, так точно...
– И медленно потопал куда-то. Надеюсь, в сторону крематория.

Дознаватель продолжила на глоссии.

– Сущность слабая, Четверке не принадлежит. Сейчас изгнана в Имматериум. Это... Демон — вестник! Я видела такое, на Дезолиуме! И кажется даже знаю и...
– Её голос плавно затих.

– А масло лампадное, очень чистое.
– Задумчиво сказал я, ковырнув пальцем упомянутую жидкость и разглядывая данные ауспика.

Кадис повела рукой.

– Над ним проводился некий ритуал. Масло было как минимум частью печати, сдерживающей сущность. И сильно мешало ей причинять вред кому бы то ни было.

Борис заглянул в дырку на теле.

– Полость искуственная, сделана весьма изящно. Для контрабандиста, шпиона или ассасина - очень удобная аугментация.

Кадис склонила голову.

– А вот к чипу придется подключаться напрямую.
– Кисло сказал я, почесывая электрографт.
– Ладно, через переходничок, на случай, если там добрый человек воткнул конденсатор, чтоб помассажировать мозг любителям несканционированного доступа. И немножко «льда» в этот коктейль...
– Промурлыкал я, подгружая софт с планшета в свою оперативную память. Расположившись на соседнем прозекторском столе и убедившись, что Борис подготовил аптечку в целом и дефибриллятор в частности, я показал ему большой палец и вставил переходник электрографта в техническое гнездо импланта.

Попёрший откуда-то из глубин сторожевой вирус беспомощно застрял лиловыми строчками мусорного кода в хитросплетении острых кристаллов моего «льда». Я аккуратно обошёл его со всех сторон, помещая в карантин. Потом пройдусь дизассемблером и посмотрю, что там написал неизвестный коллега. Сам-то скрапт-код его оказался так себе, но иногда жемчужину мысли можно нарыть даже в откровенно навозной куче.

Чип был явно поврежден и функционировал из рук вон грустно, как на программном, так и на аппаратном уровне. Похоже, часть функций исполнял мозг пользователя, а потом был запущен протокол экстренной очистки, так что значительную часть данных следует считать безвозвратно потерянными. Однако же времени перезаписать носитель несколько раз не было и быть не могло. А значит восстановить что нибудь интересное вполне реально... Пара феерически изящных программ из моих личных запасов перетекла в имплант, взяв под контроль оставшиеся функции и вытаскивая все имеющиеся обрывки информации для последующей обработки. Вокс запись, несколько пиктов... Может оказаться интересно.

– Борис, возьми зелёный кабель и воткни в планшет. Ага, спасибо. Сейчас кое-что перекачаю.- Напевая под нос нечто вроде: «Не кочегары мы, не плотники. И сожалений горьких нет, как нет...», я направил бодрый бег пакетов на новый носитель и добавил туда все что перетекло на мой имплант.
– Теперь расшифровка...
– Я пробежался глазами по строчкам кода и испытал горячее желание закурить.
– Ну а вот это быстро не получится.

Прихватив все найденное мы отправились прямёхонько на базу. Там я запустил свой любимый набор скриптов для дешифровки и мы перешли к следующему пункту нашего большого плана — обыску поместья де Хикс.