– Спасибо.

Внутри у него что-то дрогнуло. Нечто подобное случалось, когда он ступал на заледеневшую тропу или скользкий камень и вздрагивал от ощущения легкости в животе и предчувствия падения.

Она убрала руку, и он остро осознал эту потерю.

– Спасибо за то, что выслушал, – сказала она. – За… понимание.

– Всегда пожалуйста, – ответил он.

Плечо нестерпимо ныло. Как только Адерин отвернулась, он сунул руку в мешок за новой полоской ивовой коры. Его запасы таяли, и сердце упало при виде того, как мало их осталось. Придется ему быть осторожнее – но потом. А пока ему необходимо испытанное средство, чтобы приглушить боль. Привычная горечь обволокла язык, он с трудом сглотнул.

Коридор, по которому они шли, вдруг расширился, и они очутились в подобии пещеры. Адерин издала тихий возглас, и мгновение спустя Эллис понял, что послужило причиной. Под ногами плескалась вода. Пещера была естественной, с неровными бугрящимися стенами, лишенными той гладкости, которая присуща туннелям, вырытым человеческими руками. Эту пещеру создали время и вода.

Эллис взял в одну руку компас, другую протянул Адерин. Найдя ее пальцы, он осторожно сжал их. Он думал, что она отдернет руку и обожжет его неприязненным взглядом.

Однако Адерин ответила ему пожатием, будто ей, как ему, требовалось за что-то схватиться. За что-нибудь живое. Коза костей вышагивала с благодушием существа, которое не имеет ничего против окружающей обстановки, только изредка останавливалась обнюхать какой-нибудь интересный камень.

Эллис не знал, насколько глубока вода в пещере, лишь надеялся, что не слишком. Они шли вдоль стен, спотыкаясь о сталагмиты и держась друг за друга, чтобы не потерять равновесие. Фонарь мигнул, стоило Эллису в очередной раз запнуться и чуть не повалить Адерин, но к счастью, он вовремя схватился за камень. От ледяной воды его ступни онемели, боль подкрадывалась к коленям и бедрам. Вода была совершенно непрозрачной, и он ловил себя на том, что постоянно посматривает на нее, чтобы убедиться, что там ничего нет.

И как раз в один из таких моментов заметил на воде рябь.

Краем глаза он уловил проблеск движения – казалось, будто кто-то бросил в воду камень.

Эллис напрягся всем телом.

– Там что-то…

Он не договорил.

Из воды взметнулась рука – скользкая, распространяющая кислый запах, от которого к горлу Эллиса подкатила желчь. На руке было лишь четыре пальца, одна из костей треснула по суставу. Костлявые пальцы поблескивали при свете.

Времени кричать не было. Только что Эллис стоял на ногах и уже в следующую секунду упал.

Он погрузился в ледяную воду. Вокруг сомкнулась темнота.

Такого кромешного мрака он еще никогда не видел. В большом городе, в сущности, никогда не бывает совсем темно: там есть свечи, костры, масляные светильники. А за городом – факелы, луна и даже отблеск звезд.

Но глубоко под горой источников света не было.

Только холодная пустота.

Ужас петлей сжал его горло.

Что-то вцепилось ему в щиколотку, и он лягнул это нечто ногой. Эллис вынырнул на поверхность, к нему вернулась способность слышать.

Крик, огласивший пещеру, пугал гораздо сильнее тишины.

Первым, что он услышал, был голос Адерин. Он прохрипел ее имя, потянулся вперед, пытаясь схватиться хоть за что-нибудь, за что угодно.

Он на что-то наткнулся, но это нечто ускользнуло, не успел он сжать пальцы. Полетели брызги, он с трудом поднялся, ударившись коленом о камень. Оказывается, он стоял на коленях в воде, шаря руками в иле. Найдя свой мешок, он закинул его на плечо.

Что-то врезалось в него. Из глаз Эллиса посыпались искры, больным плечом он ударился о твердые камни, еле сдержал крик, и тут вода чуть не хлынула ему в нос.

Вода в пещере была неглубокой. Впрочем, чтобы утонуть, не нужна большая глубина.

Эллис пытался выпрямиться, но что-то крепко удерживало его, не давая высвободиться. Он накинулся на неизвестного противника с кулаками, выпуская пузыри изо рта, заморгал от жгущей глаза воды, по-прежнему ничего не видя и не слыша. Локтем он угодил во что-то твердое и почувствовал, как оно поддается, трескается от удара.

Вынырнув из воды, он судорожно схватил ртом воздух. Горло болело, грудь жгло, и кто-то отчаянно звал его по имени.

В растерянности замахав руками, он наткнулся пальцами на мягкую шерсть, провел по ней и вдруг понял, что касается козы костей. Он схватился за рог и почувствовал, что его тянут, будто коза решила помочь ему.

Вспыхнул свет.

Пламя было крошечным – Рин с помощью огнива подожгла свой шарф. Поднявшись на ноги, Эллис увидел рядом козу костей и еще один дом костей. Его одежда свисала лохмотьями, челюсти непрестанно щелкали, словно мертвец пытался что-то сказать. Потом он потянулся к Эллису, принял почти умоляющую позу, но Эллис отбил его руку.