Спорить мы не стали. Правда, ночевать всё равно пришлось неподалёку от одного из обломков.

Дневник Листова И. А.

Пятьсот девяносто восьмой день. В обратный путь.

Все эти дни мы почти не разговаривали. Пейзаж вокруг буквально физически давил на каждого участника экспедиции. Ужасный след на теле планете, оставленный взрывом, производил гнетущее впечатление. Даже на нашу закалённую психику.

В лагерь возле устья вернулись ещё засветло. И перед тем, как отправляться назад, по просьбе СИПИНа, разместили у реки выданное оборудование. Инструктор обещал, что оно будет отслеживать изменения в окружающей среде. А если возникнут какие-то опасения, нас сразу предупредят.

Впрочем, я понимал, что это чистая формальность. Да, радиационный фон в эпицентре был повышен, но не зашкаливал. Конечно, вокруг эпицентра образовалась пустошь… Но природа рано или поздно возьмёт своё, вернувшись в эти места.

Со временем и этот шрам затянется. Останется только озеро, которое может просуществовать миллионы лет. Ну и холмы странной формы. Я даже подумал, что, возможно, наши потомки будут считать местные пейзажи необычайно красивыми.

А вот мне с товарищами хотелось поскорее убраться отсюда! Как можно скорее!..

Возможно, стоило бы спуститься ещё и на дно озера, проверив, что там под водой. Но мы не стали. Если СИПИНы сказали, что достаточно — значит, будем им верить.

Мы просто хотели побыстрее уплыть отсюда. И это было вполне понятное желание!..

Дневник Листова И. А.

Пятьсот девяносто девятый день. Уныние прочь!

Утром мы собрали лагерь, погрузив на лодки остатки припасов, снаряжения и дерева, и поспешили вниз по течению. На обратном пути я решил, что надо воспользоваться моментом: напряг всех, кто не управлял лодкой, перерисовкой данных с радара. Всё же нам не помешает подробная карта территорий вокруг Алтарного.

Лодки шли быстро, с ветерком. Местность менялась и с каждым часом выглядела всё жизнерадостнее. А вместе с местностью улучшалось и настроение членов экспедиции. Ну а когда под вечер на севере мы увидели первое стадо животных, то просто не смогли сдержать радостных воплей.

Зато на ночь вновь пришлось выставлять дозорных… Потому что где-то здесь обитал давешний тиранозад-гигант.

Дневник Листова И. А.

Шестисотый день. Вниз по Алтарной реке.

За завтраком снова проявился СИПИН. И начал он сильно издалека:

— Вано, а ведь вы открыли весь бассейн реки! Горные ручьи можно не учитывать.

— Ты на что это намекаешь? — с подозрением спросил я.

— Вы открыли два истока, исследовали оба притока и открыли новое озеро.

— Ну так это… Начисли нам баллы! — радостно предложил Бур.

— Обязательно! Но вы не сделали самого важного, чтобы я мог это открытие засчитать, — заметил СИПИН. — Вы не дали рекам и озеру название!

— Предлагаешь это прямо сейчас сделать? — уточнил я.

— Нет. Можно подождать. Но если вас кто-то опередит, прекратив называть эту реку просто «рекой», а его название приживётся… В этом случае вы упустите лавры первооткрывателей.

— Ладно, понял! Мы подумаем! — кивнул я. — Такие дела с кондачка не решаются.

Дальше ели молча, время от времени переглядываясь. Пока тишину не нарушил Бур:

— Я не знаю, как назвать реку. Но, слушайте, для озера и название-то придумывать не надо! Оно же как бы в воронке, почти в кратере… Пусть будет Кратерным!

— Резонно! — согласился я.

— Хорошее название! — присоединилась Кэт. — Пусть так и будет: Кратерное.

— А горная речка пусть будет Горной! — предложил Мелкий.

— А можно… Можно её назвать не так… — вдруг подключился к обсуждению Грим.

— Предлагай! — пожал плечами гопник.

— Пусть она называется Лена, а? — разведчик с надеждой посмотрел на нас, а я вспомнил безымянную могилу в горах…

И, честно говоря, не смог ему отказать:

— Ну… Хорошее название. Я за!

— Лена — лучше Горной, на! — не стал спорить гопник.

Впрочем, все остальные тоже не стали спорить. И вскоре мы снова продолжили завтрак, погрузившись в молчание.