— Вам не за что нас благодарить Нэо. Как я и сказал, наша оценка объективна.

— Я могу снова идти воевать? — обрадовался я.

— Вам выделят больше техники. И да, вы можете идти воевать, — согласился Куратор. — Продолжайте в том же духе, Нэо. И наша благодарность не будет знать границ.

Это всё ещё был мой триумф, моя победа! А то, что какой-то негр его подпортил… Так я запомнил его… И найду, чтобы уничтожить!

А пока я планировал снова собрать группировку техники. И на этот раз уже с гарантией добраться до вонючего зулусского лагеря, чтобы стереть его в порошок.

И это снова будет мой триумф!

Конец записи.

Дневник Листова И. А.

Шестьсот четвёртый день. Степь да степь кругом.

До посёлка Намжалдоржо мы добрались быстро и без проблем. Несущаяся вниз по течению моторка — это объект охоты, недостижимый для местных хищников. Хотя эти самые хищники и встречались по пути…

Один раз за нами погналась тварь, похожая на земного бегемота. И, к слову, такая же злая и неласковая.

Потом нас вдоль берега целый час преследовала стая местных степных львов. Но этих мы особо не боялись: их легко было отогнать выстрелами из винтовки. Вот если бы иглогривый лев попался, тогда, конечно, стоило бы обеспокоиться…

В итоге, всего через два дня после того, как мы дали название Алтарной реке, наш бравый отряд уже разгружался у стен посёлка каменотёсов. А я договаривался с Намжалом насчёт охраны лодок. Ну то есть я договаривался, чтобы их сохранили и охраняли… А этот хозяйственный жмот пытался одну моторку отжать себе! Да так хорошо пытался, что я было подумал, будто он не бурят, а стопроцентный еврей.

Лишь через пару часов Намжал понял, что лодку ему никто не уступит, и сдался. И, конечно же, содрал с меня всё, что мог и не мог. Даже один скафандр зачем-то выторговал… Зато, едва соглашение было достигнуто, в посёлке нашёлся и сарайчик, куда лодки пристроить, и замочек, которым этот сарай закрыть. Ну и свободные глаза, которые будут следить, чтобы наши моторки никто не унёс.

Вечером того же дня ко мне подошёл Грим. И задал тот вопрос, который я ожидал услышать, едва узнал, что армия только подтягивается с юга.

— И ты планируешь здесь сидеть, дожидаясь армию? — сходу начал атаку он.

— А тебе разве не хочется перевести здесь дух? — я тоже был не лыком шит: широко раскинул руки, показывая, как вокруг красиво и спокойно.

Как назло, из красивого вокруг была только стена: зато хорошая такая, надёжная. Ну и пара молоденьких девчонок, проходивших мимо.

Вот они, кстати, в отличие от безучастной стены, сразу меня поддержали: выставили бюстики вперёд и игриво заулыбались нашему хмурому бородачу. Мол, да-да, красиво — оставайтесь, гости дорогие!

— Нет… Дух надо переводить, когда у тебя врагов в ближайшей округе не осталось! — не впечатлился Грим, отчего улыбки у девчонок сразу потухли, а сами они с недовольными лицами ушли в сторону кухни. — А когда врагов много рядом бродит, их надо побыстрее перебить!

— И у тебя, конечно же, есть план? — поднял бровь я.

— Конечно! Взять скафандры, добраться до станции и обойти её с севера, чтобы устроить диверсии! — с искрящимся взглядом и широкой улыбкой подтвердил Грим.

— И почему мне не нравится такая идея? — задумчиво протянул я, пытаясь несколько охладить его пыл.

Но охладить пыл Грима, рвущегося подгадить врагу — это всё равно, что рассказывать самцу слона в период гона, что воздержание полезно и улучшает когнитивные способности…

— Идея не нравится, потому что ты лентяй? — ехидно, но мудро предположил он, ударив в больную точку. — Но ты же понимаешь, что если бы у зулусов всё нормально шло, тогда нам бы не пришлось идти на северо-восток, да? Понимаешь, что там ситуация хуже, чем в горах, когда туда пришла наша армия? Понимаешь же?

Ну что я мог ему на это ответить? Конечно, я понимал, что ситуация у зулусов — скорее всего, отнюдь не шоколад. Если бы у них всё было хорошо, нам бы СИПИН уже гордо сообщил. А судя по тому, как он пристыженно молчал о достижениях наших чёрных соратников, на северо-востоке что-то пошло не так.

И, естественно, я понимал, что надо спешить, чтобы не дать роботам развернуться. Но я безумно устал, и теперь даже руководящая работа, которой мне грозил Кукушкин от сего дня и до поздней пенсии, не казалась настолько уж ужасной!..

— У нас людей для диверсий маловато, — выкинул я козырной аргумент. — В отряде всего восемь человек!

— В степи прокладывают дорогу и линию телеграфа! — с лёгкостью покрыл эту карту разведчик. — Я уже выяснил: туда ушла пара десятков ребят, с которыми можно идти в разведку. Может, и ещё добровольцев найдём по пути!