— Узнать о чем говорили — получилось?

— Таились как молодые любовники из дешевых пьесок. Выскочка даже губы рукой прикрывал, чтобы его не прочитали.

— Это может быть важно.

— Ты, мне, это говоришь? Церковники направили к нам специального посла с неограниченными полномочиями. А ты сам знаешь, в Вобанэ просто так ничего не делают. Светлые что-то знают. Или подозревают.

— И как всегда молчат. Скоты!

— Церковники играют только за себя.

— И так все под себя подмяли. Могли бы и поделиться.

— Полтора века назад поделились. Лучше стало?

— Кому как.

— Кому не знаю, а мне так спокойней знать, что моя спина прикрыта. Пусть даже светлыми отцами с их интригами и нудными проповедями.

— Забыл уже времена разгула инквизиции?

— Лучше так, чем как сейчас.

— Вот после каждого разговора с тобой радуюсь. Как поговорю — так и радуюсь.

— Чему?

— Тому что твои взгляды разделяют лишь единицы. Будь вас много — это был бы кошмар.

— Этот мерзкий простолюдин опять о чем-то докладывал королю. Почти десять минут разговаривали в углу, отгородившись гвардейцами.

— И опять не получилось подслушать?

— Как и всегда. Стерегутся. Король прекрасно знает, что бывает с теми, кто не осторожен с информацией.

— А еще к нам едет посол из Вобанэ.

— С особыми полномочиями. Слышал.

— Думаешь, светоши знают?

— Знают и бездействуют? В это я не верю. Но о чем-то они точно слышали и что-то наверняка подозревают. Иначе зачем им нужен посол?

— Вот и я так думаю. Как поступим?

— Наши планы не поменялись. А церковника придется убить.

— Слабого священника на такое дело не пошлют, а сильного мы не потянем. Нет у нас нужных людей.

— Значит решим проблему деньгами.

— Опять брать кредит?

— Как и всегда. Раз схема работает, значит ей надо пользоваться. Тем более, что используем мы ее не только к личной выгоде, но и во славу страны. Так что действуй. Посол светош нам здесь не нужен. Он в Ороде лишний.

— Хорошо. Заодно покажем всем свою власть. А то некоторые забывать стали.

— Да, память у людей короткая. Хорошо, что мы все записываем.

— Слышал я, братцы, новость неприятную. Светоши соглядатая своего к нам направили.

— По наши души?

— К счастью, нет. Но приятного все равно мало. Посол в любом случае будет ходить вокруг и все разнюхивать. Работа у него такая.

— Если наш заговор вскроется, «приятного» будет много. Мы прямо сгорим в этом «приятном».

— Не изгаляйтесь, здесь любителей ваших острот немного, это вам не в собраниях выступать.

— А вы не затыкайте мне рот!

— Ближе к делу, братья. Не время ссориться. Что будем делать с церковным выкормышем?

— Убить не получится.

— Да, убить не выйдет. Сил у нас не хватит.

— Я про убийство и не говорил, и никто не говорил — это вы сами зачем-то подумали. Зачем — лишь вам и известно. Но дело надо делать, а священник будет нам мешать.

— Или даже предупредит короля.

— Думаете знает?

— Мы должны предусмотреть все варианты. В том числе плохие.

— Тогда предлагаю затаиться и выждать.

— Лучше бы вовсе на время покинуть столицу. Я лично скажусь больным. Пару недель пережду в деревне.

— Дело. К родне отпрошусь. Предлог найду.

— Мне новую должность в провинции предлагают.

— Если мы все сбежим, то кто останется?

— Почему сразу сбежим?

— Я лично не бегу, а уступаю непреодолимой силе дорогу.

— Тактическое отступление это не бегство.

— Тихо! Я просто назвал вещи своими именами. Если это кого-то задело, то приношу свои извинения. Но вопрос остается. Кто останется?

— Пожалуй я. Меня будут подозревать в последнюю очередь. Я могу за всем присмотреть.

— Так и быть. Братья никогда не забудут ваше мужество и вашу самоотверженность. Вы лучший из нас.

— Что там происходит в Ороде? Данные разведки говорят о том, что в столице не возбудились разве что слепые и глухие. У всех остальных какое-то дикое обострение всего подряд.