Укоренные, сервитуарии ничего так и не ответили Софии. Дарен и Максимилиан продолжали хранить молчание, внимательно наблюдая за происходящим.

— Это была моя идея, — подала голос Ада. Я подняла на нее удивленные глаза. — Мне хотелось немного… свободы, и предложила друзьям пойти со мной в город на празднества, чтобы… Чтобы посмотреть, как развлекается простой народ. Вся вина целиком и полностью на мне, не надо обвинять ни в чем ни Ари, ни Камиллу.

Я глянула на парня, но тот так ни разу за вечер не поднял глаза, виновато уставившись в пол.

— Это прекрасно, что вы осознаете свою ответственность, моя дорогая, — сухо сказала София. — Однако же у них есть своя голова на плечах. Они знали, чем могла обернуться подобная выходка, если бы вас кто-то заметил или, не приведи Император, с вами что-то случилось. Но не проявили благоразумие, не отказались и не отговорили вас от этой затеи. За их выбор им полагается такое же взыскание, после которого, я надеюсь, все вы будете впредь больше думать о последствиях своих решений.

Когда очередная порция упреков и обвинений были вылиты на нас, как ушат нечистот, София закончила обрабатывать ногу Ари и царапину Ады, нас попросили спешно собраться и покинуть поместье. Мы с набелиткой отправились переодеваться, чтобы поскорее избавиться от мерзко пахнущих одежд, но с Ари так и не вышло поговорить — почти сразу же он, все еще опираясь на плечо Арсения, вышел во двор, так и не удостоив нас взглядом.

И все же, никакие упреки и наказания сейчас не имели для меня никакого значения. Все мои мысли были заняты тем, что мы увидели в лаборатории. То, что произошло с нами. Со мной…

Почему-то в голове всплыли сказки и былины, которые я не раз читала. Сказки о колдунах, что насылали болезни и проклятия на людей, некромантах, что властвовали над душами и телами мертвых… Те самые злодеи, против которых обычно сражаются силы добра. Те, из-за кого против магов все и ополчились. Неужели… и я такая? Неприятные догадки о природе моей силы клубками змей копошились в голове, стискивали голову давящими кольцами…

— Интересно, что она такое использовала?

Голос Ады вывел меня из раздумий. Она уже успела сменить одежду, и теперь внимательно разглядывала руку.

— Что?

Она показала мне поврежденную ладонь. На месте недавнего глубокого пореза красовался едва зарубцевавшийся шрам.

— Она чем-то обработала рану, и она почти сразу стянулась.

— У нее большие запасы лекарственных средств, — вздохнула я, продолжая натягивать платье. — Знала бы ты сколько раз ей приходилось замазывать коленки и ссадины на локтях нам с Каталиной, когда мы во что-то вляпывались. То с дерева упадем, то с мальчишками подеремся, то через стену неудачно перелезем…

— Но все же… Ни одно средство так быстро не излечивает раны. Как думаешь, что это?

— Да какое сейчас это имеет значение, — раздраженно огрызнулась я. Ада поникла, и я запоздало поняла, что подруга просто хотела немного подбодрить меня, помочь отвлечься от тех же тяжелых мыслей, что мучили и ее саму. Ада все же соображает быстро — наверняка она уже тоже предположила, какой магией я могу обладать.

Повисло неловкое молчание, нарушаемое лишь шорохом одежды.

— Через неделю начнутся экзамены, — сказала Ада, когда мы спускались вниз. — Сомневаюсь, что получится теперь встретиться раньше, но в Академии нам никто не сможет помешать общаться.

Я лишь устало кивнула.

— Увидимся в Академии, — негромко сказала я ей напоследок, и в сопровождении Максимилиана и гордо держащейся сестры Софии мы покинули поместье Ады Набелит.

Пока мы ехали в молчании Максимилиан то и дело ловил мои недовольные взгляды, но даже и бровью не повел, оставаясь все таким же невозмутимым, явно ничуть не раскаиваясь в том, что отдал нас на растерзание встревоженным сервитуариям, которые, разумеется, успели обнаружить нашу пропажу.

— Лучше бы сказала спасибо, что это я вас нашел, а не Дарен. Или еще кто, похуже, — в конце концов произнес он, в очередной раз увидев мое негодование. — Очень сомневаюсь, что вы смогли бы хоть как-то объяснить тот факт, что я застал вас троих вылезающими из сточной клоаки.

— Почему тогда не помог нам? — с болью спросила я, в очередной раз почувствовав укол предательства.

— Госпожа, а что я должен был подумать? Я увидел следы, тянущиеся от окна комнаты вашей подруги, увидел приоткрытое окно, но никого видно не было. Вы понимаете, что я не на шутку перепугался? С вами могло что-то случиться.

— Да что со мной может случиться?! — взорвалась я. — Я никому не нужна в этом городе.

— Вы глубоко заблуждаетесь, — подала голос София. — Никогда не думала, что вы можете поступить так опрометчиво. Вы действительно не понимаете, насколько важны? Что будет, если вас похитят, например?

— Кто?

Женщина задумалась.

— Например, те, кому нужно досадить вашей семье. Возыметь на Кустодес рычаги давления. Вы же не думаете, что отец отвернется от вас, если вы окажетесь в беде? Поэтому и стоит быть осмотрительней, что бы у герцога не было причин для беспокойства.