— Припасов должно хватить на весь путь, но, если что — будем докупать по дороге, — объявил Яшмос. — Привал ночью делаем у берега, мне надо часа четыре хотя бы поспать. Того кто вздумает меня потревожить — пристрелю на месте, имейте в виду. Еду готовите самостоятельно на всех, в том числе и на меня. Только без чеснока, терпеть его не могу.

— И сколько займет путь до этого вашего оплота? — со страдальческим видом спросила Каталина, осматривая предлагаемые условия проживания с нескрываемым ужасом.

— Как повезет, — коротко ответил Яшмос. — От пяти до семи недель, если Химмель благословит нас попутным ветром.

Он положил карту на стол и ткнул толстым, как сосиска, пальцем.

— Мы вот тут, — объяснил он. — Пойдем до озера Брайтуотер по этому притоку. Потом по реке Сильверлейн до города Хольмскайр, — он провел пальцем по карте, обводя изгиб реки, мимо огромного озера на границе Остании и Нортланда, а затем остановился на месте, где река резко разветвлялась, как рогатка. — Ну а дальше по левому притоку до пятого оплота Фронтира, он почти у гор Дальнего рубежа. Там я вас Гемосу передам. А дальше морозьте свои задницы, как хотите.

Пять-семь недель… Я вздохнула обречённо, но со смирением. Выбора все равно не было.

В одной каюте, что побольше, расположились мы с Адой и Каталиной. София и Йана заняли другую, а Кригеру достался гамак на кухне. Но здоровяк даже не пожаловался, сходу скинув пожитки и покинув палубу в неизвестном направлении.

В путь было решено отправиться по утру, когда рассветет — иначе преодоление бурной горной реки может стать настоящей проблемой. Хотя я была уверена, что лодка даже от берега отплыть не сможет.

Йана, видимо, отправилась претворять в жизнь свое намерение и быстро скрылась в стороне жилых бараков. Каталина заперлась в комнате, заявив, что устала и хочет отдохнуть. А Ада без тени страха пошла изучать перевалочный пункт Красного Синдиката. Капитан Яшмос пошел собирать остатки своих пожитков и проверять корабль перед отплытием. София внимательно изучала припасы. А я осталась предоставлена самой себе.

Поднявшись наверх, я прошлась по палубе. Было видно, что кораблю не один десяток лет. То тут, то там виднелись и латанные-перелатанные деревянные доски на борту, пятнами белели заботливые заплатки в чуть пожелтевшей парусине, где-то бросались в глаза подкрашенная не в тон облетевшая краска. Кажется, для этого сварга чудной корабль был не просто судном. Он был для него целой жизнью, и вместе они прошли не одно приключение, о которых корабль будто сам желал поведать.

Палуба была небольшой, но просторной, отчего-то напоминая мне о доме. Сейчас, когда мы должны были отправиться в целое путешествие на корабле, которые я так обожала, я не испытывала ничего, только странную опустошенность. Чтобы хоть чем-то занять себя, я поднялась на кормовую часть, где красовался странного вида руль, рядом с которым были еще зачем-то какие-то рычаги. Потом решила спуститься и осмотреть комнату капитана. Она оказалась довольно простой — письменный стол, сундук для вещей и деревянная койка. А вот запертая позади дверь так и не поддалась, и оставалось только гадать, что же там спрятано.

— Я бы на твоем месте не стала испытывать терпение Яшмоса, — послышался позади голос Софии. Наставница стояла в дверях. — Сварги, конечно, славятся своей терпеливостью, но если их терпение подходит к концу — никому не сдобровать.

— Почему ты не дала мне поставить на место этого наглого выскочку? — пробурчала я, сильнее укутываясь в накинутый на плечи плед. — Как он вообще посмел мне дерзить?

— Ты теперь там, где твое имя ничего не значит, моя дорогая, — строго сказала наставница. — А еще лучше — и вовсе его скрывай. Дом Кустодес в свое время не мало бед причинил магическим народам, а память у них очень хорошая. Так что постарайтесь скрывать ваше происхождение и не выдавать его никому, кроме тех, кому доверяете.

Я поморщилась. Ну вот опять. Снова врать. Снова притворяться. Снова носить чью-то маску. Молчать. Лгать. Не удивительно, что тот же Вибер так быстро смекнул, как устроен этот мир и адаптировался к нему. Как и Лео. Как, видимо, придется и мне.

— Может, хочешь пойти со мной? — поинтересовалась София, с жалостью глядя на меня. — Мне надо пополнить наши запасы лекарственных настоек и трав, которые могли бы пригодиться в дороге, а то ведь…

Она осеклась, недоговорив. Большая часть всех наших вещей так и осталась лежать в походной сумке перед закрытыми металлическими воротами.

— Нет, — бесцветным голосом ответила я. — Мне на палубе как-то сразу спокойней стало.

— Может, ты хочешь поговорить, дитя? — она подошла, осторожно коснулась меня за плечо, но я резко дернулась от ее прикосновения. — Обо всем, что случилось. О том, что навалилось на тебя.

— От слов не становится легче, — сухо сказала я. — Слова не вернут Яна.

— Не вернут, — согласилась бывшая сервитуария. — Но тебе станет легче, когда ты сбросишь с своего сердца этот груз. Поверь, я…