– Что?

– Мы учим студентов, но большинство учебников устарели. Нежить эволюционирует. Меняется вместе с мирами. А мы ориентируемся на старые данные. Впрочем… об этом потом. Главное, больше хлызень к вам не придёт.

– Не придёт, - Елена приставила голову к телу. – Вы его…

– Не я, - Елизар подал пилу. – Подержать голову?

– Будьте так любезны. Или… - она посмотрела на бледного, как полотно, Лялечкина. – Пожалуй, лучше вы… кто его так тогда?

– Сам хотел бы понять.

– То есть?

Елена аккуратно сняла крышку черепной коробки. На первый взгляд мозг хлызня мало отличался от человеческого.

– Погодите, - Елизар вытащил с полки невысокую коробку, из которой извлек сероватый кристалл. И размяв его в пальцах, сыпанул труху на мозг. – Сейчас немного подождать… в технологических мирах, подобных вашему, нежить порой теряется. Он мог попасть под машину. Под поезд… нарваться на охотников.

– Здесь нет охотников.

– Именно. Но если такое и случается, то обычно сразу, когда стресс от перехода высок и адаптация к миру не произошла. Да и хлызень был матерым, его и столкновение с машиной не убило.

– Но кто-то оторвал ему голову.

– Вынимайте, - разрешил Елизар. – Или мне?

– Я сама, - Елена аккуратно вытащила плотный шар мозга. Надо же, какие технологии… магия… нет, она ж не всерьез в это верит? Хотя… почему бы и нет. – Удивительно. Посмотрите, верхняя лобная извилина выражена крайне слабо. Средняя и вовсе отсутствует. Височные борозды едва-едва намечены. Надо зафиксировать…

– Лялечкин, зарисуй, - велел Елизар.

– А мозжечок? Смотрите, как он развит… он просто-таки огромен, непропорционально… он буквально наползает на затылочный полюс.

Удивительная женщина. А главное, какой искренний восторг…

Надо подарить ей что-нибудь в знак серьезности намерений… интересно, что здесь принято? И хватит ли денег… золото Елизар с собой прихватил, но этот мир отвык от золота.

Он посмотрел на Лялечкина, который, несмотря на бледность, тоже работал. Карандаш в его пальцах скользил над бумагой, взгляд же был прикован к мозгу хлызня.

А если…

Если сделать заказ? Хлызни – нечисть довольно распространенная. Подробное описание, включая анатомию… и рисунки.

Рисунки в книгах некромантов – ещё та головная боль.

– Так кто его убил? – Елена отложила мозг и посмотрела на Елизара.

– Боюсь… другая нежить. Куда более старая и опытная. И чтобы найти её мне понадобится ваша помощь.

Елизар замер.

Любой человек, пребывающий в здравом уме, несколько раз подумает, стоит ли помогать некроманту. Но Елена кивнула и лишь уточнила:

– Вскрывать потом тоже будете?

– Если вам захочется…

Цветов для начала будет достаточно? Или нет… проклятье. И спросить не у кого. Что-то подсказывало, что от Лялечкина здесь пользы будет мало.

– А микротом у вас есть? Хотя бы микротом…

– Найду, - пообещал Елизар.

– Знаете… даже если всё это одна большая галлюцинация, то я согласна, - Елена вернулась к телу. – Никогда бы не подумала, что галлюцинировать может быть столь интересно…

Позже, когда Лялечкин привычно заварил чаю, не обделивши и себя, а потом устроился в углу с альбомом, Елизар подумал, что впервые за долгое время чувствует себя не то, чтобы счастливым, скорее просто довольным жизнью.

Дом этот… пусть старый, чужой, но не важно.

Женщина с кружкой своей.

Котики.

Рубашка в клеточку, закатанная до локтей, и белая-белая кожа рук. Волосы растрепались, а она не замечает. Сидит, кружку обняв, щурится по-кошачьи…

– Вы так смотрите, - Елена первая нарушила молчание. – Что-то не так?

– Вы очень необычная женщина.

– Мой бывший муж говорил – ненормальная.

– Хорошо, что бывший.

– Почему?

Потому что в ином случае Елизар вынужден был бы вызвать его на поединок, а это могло предвзято сказаться на отношении Елены.

– Он вас не достоин, - в голове всплыла какая-то дурацкая фраза, но, кажется, к месту. Елена улыбнулась, хотя и печально. – В моем мире женщины… предпочитают держаться в стороне от столь грязной работы.

– А они вообще работают?

– Как кто… во многом зависит от желания и возможностей. Если муж или род, или сама она состоятельны и не желает работать, то и не работает.

– Ясно. Как и у нас.

– Есть те, кто могут не работать, но и не мыслят себя без работы… особенно одаренные. Дар накладывает свои обязательства и требования. Особенно тёмный, как у вас.