– Ваше выcочество, ваша светлость, с прибытием, - коротко поклонился он.

– Святoй отец.
– Алонсо поднялся, приветствуя священника. Тот числился рядовым клириком, однако о его связях и о том, что Первосвященник очень уважает этого старика, не слышал только ленивый. И Алонсо, хоть и королевский родственник, предпочёл выказать уважение тому, перед кем не гнушался наклонить голову король Федерико.

А вот спрятать недовольную гримасу кузен не сумел даже от принцессы, и Альба ещё больше растерялась.

– Я рад, что в это сложное время вы нашли возможным прибыть ко двору и поддержать её высочество, - продолжил священник.

– Да, конечно. Я не мог поступить иначе, - кисло ответил Алонсо.
– Прошу прощения, я зашёл всего на минуту, поздороваться. Счастлив был повидаться, Альба, – он учтиво поклонился кузине, поцеловал машинально протянутую руку и вышел.

– Падре, что он такое говорил?
– хмурясь, принцесса подняла взгляд на священника, а явно взволнованная Чита сноровисто выставляла на столик какао, тарелочки с крошечными пирожными, блюдце со сдобными булочками, сливки, свежее масло. Тончайший валларский фарфор, белый с виноградными лозами, любимый сервиз ?льбы; изящное столовое серебро – принцесса обожала тонкие, нежные, воздушные вещи, о чём прекрасно знали все слуги.

– Как я могу ответить, если меня тут не было? – спросил Валентин, пусть и догадывался, с какой целью явился Алонсо. Приблизился к креслу, тяжело опустился в него, цепляясь за подлокотники: ходил он стремительно и уверенно, почти как в лучшие годы, а вот лестницы и стулья оказывались трудным препятствием.

– Он сказал, что отца силой заставили подписать oтречение. Что генералы захватили власть. Он лгал? А если нет, то почему я должна выходить замуж за врага и захватчика?

Жидкие седые брови священника задумчиво хмурились, а сухие пальцы с обычной неспешностью перебирали чётки. Отвечать он не спешил, но Альба, глядя на него, потихоньку начала успокаиваться: она прекрасно знала этого человека и точно знала, что сейчас он не волновался, просто был чем-то недоволен. Когда отец Валентин беспокоился, чётки он сжимал крепко и нервно теребил попавшую между пальцами бусину. А если спокоен он, значит, всё не так ужасно, как представилось минуту назад.

– Падре? – не выдержала молчания принцесса.

– Он преувеличил, – наконец, проговорил священник. – Потому что не знает подробностей. ?го величество желал уберечь тебя и хотел держать в стороне от власти, но ложь Алехандро и его матери перечеркнула эти планы. Твоё скоропалительное замужество и кандидатура Браво де Кастильо были предложены не королём, но он сoгласился, что это лучший выход. Да, на нём настоял не король ?едерико, его дейcтвительно вынудили. Но предложить вариант лучше он не сумел, и потому согласился. Если хочешь знать правду, не вижу другого пути и я. И Первосвященник, которого уж точно никто ни к чему не пытался принудить, поддерживает подобное решение. Генерал – надёжный, преданный Бастии человек, который делом доказал свою верность и благородствo.

– Но как же… – тихо пробормотала она и осеклась. Как же что? Чувства принцессы? Невозможность нормально проститься с отцом? Его отсутствие на её свадьбе?..
– Почему отец всего этого не сказал сам?

– Его величество очень тебя любит, милая, - заговорила Паула. – И очень бережёт. Ему, верно, больно было тебя расстраивать, вот и не сказал. А что на свадьбу не остался… – она запнулась и глянула на священника в поисках поддержки.

– Спроси об этом своего супруга, – посоветовал тот. – Я не присутствовал при их разговоре.

– А если я откажусь выходить замуж?
– предположила Альба, захваченная этой идеей.
– Против воли Святая Дочь не благословит брак. Если я для него ступенька к трону, пусть ищет себе другую!

– Не благословит, - согласился Валентин, глядя на воспитанницу остро и пронзительно, отчего та неприязненно поёжилась, но лишь упрямее вздёрнула подбородок. – Но защитить тебя в этом случае будет некому.

– Защитить?
– удивлённо вскинула брови Альба.
– От чего?

– От других желающих использовать тебя как ступеньку к трону. Генерал на Святом писании поклялся мне, что не обидит тебя и сделает всё возможнoе для твоего счастья. Он человек слова, и я ему верю. А остальные клятв не давали.

– Но я могу отказать всем! – нахмурилась принцесса.

– И тогда под угрозой окажется не только твоя свобода, но и жизнь.

– Жизнь?! Они не посмеют!..
– неуверенно возразила она.
– Я же Бланко!

– До сих пор тебя защищала власть отца. Ты сама понимаешь, что он стар и болен, и его может не стать в любой момент. Неизвестно, как бы всё сложилось, не приди Браво де Кастильо и его люди с этим предложе?ием. Призови Всевышний Федерико, и дело могло повернуться куда хуже. На вcё Его воля.

– Альбитта, а что же мы сидим, там уж вода небось остыла! – всполошилась Паула. – Пойдём, милая, мы с Читой тебе поможем, вода горькое и недоброе вымоет, легче станет… – ворковала она, обнимая воспитанницу за плечи и ведя её в сторону заветной комнаты. Альба, хмурая и погружённая в мысли, двигалась походкой сомнамбулы и, кажется, не слушала.

Горничная, стоявшая тут же в замешательстве, обняв поднос, беспомощно посмотрела сначала на какао на столе, потом – на священника.

– Иди, помоги принцессе раздеться, - освободил её от мук выбора отец Валентин. – Потом вернёшься за чашкой.