Ольга с Теомиром мужественно пыхтели рядом. Заграт тащился где-то сзади, во всяком случае, Хлаш на это надеялся. Перемещался орк абсолютно бесшумно, а оглядываться назад не было ни сил, ни желания. Тилос двигался в десятке шагов впереди, высматривая дорогу. Вот он встал на месте, серая тень на черном фоне, и предупреждающе поднял руку.

Хлаш осторожно подобрался к нему.

– Что такое?
– спросил он свистящим шепотом. Сердце пульсировало в груди голодным комком, грудь тяжело вздымалась. Старею, грустно всплыла мысль где-то на краю сознания.

– Обрыв, - прошептал Тилос в ответ.
– Высокий. Не спуститься в темноте.

– И влево он выше, - хрипло подтвердил Заграт.
– А лес буреломом завален по самое не могу…

– А вправо лес чище и обрыв ниже, но там и дорога, - задумчиво подвел итог Серый Князь.
– Что делать будем, други?

– Вешаться, - огрызнулся орк.
– Говорил я - с самого начала вдоль дороги шлепать надо. Где бы уже были! А то топчемся на одном месте…

– Вдоль дороги опасно, - по голосу было слышно, что Тилос раздражен и с трудом сдерживается.
– Мы бы сейчас были не "где", а "чем". Трупами, например. Или почетной дичью на большой охоте.

– Ну и что же предложит наш многомудрый вождь?
– с издевкой спросил шаман.
– Отрастить крылья и спорхнуть вниз?

– Для начала многомудрый вождь предложит заткнуться, - сквозь зубы огрызнулся Тилос.
– Не можешь сказать ничего умного - помолчи.

– Интересно, а чего это ты раскомандовался?
– нехорошо удивился Заграт.
– Кто это тебя главным выбрал? Я что-то такого не помню…

– Может, ты главным быть хочешь?
– в рассветном полумраке глаза Тилоса засветились синеватым огнем.
– Пожалуйста, я не возражаю. Только если заплутаешь - не обессудь: моя очередь наступит говорить "я же предупреждал…".

– Ша!
– вполголоса заявил Хлаш.
– Кончайте ругаться, не до того. Летать мы не умеем, влево уходить - ноги окончательно переломаем. Я, во всяком случае, переломаю. Возвращаться меня как-то не тянет. Что остается? Вправо? Ну и пошли вправо, к дороге. Должно же нам повезти в конце-то концов.

– Извини, - махнул рукой Тилос, синий огонь в его глазах медленно потух.
– Что-то с нервами у меня в последнее время. Вправо так вправо. Все равно больше некуда.

Как и положено, им повезло. Возле дороги они наткнулись лишь на один патруль. Тилос заметил их первым, так что Отряд благополучно разжился отзывом на пароль.

– Серая кукушка плачет на солнце, надо же!
– фыркнул Заграт, когда шаги патруля затихли позади.
– Что за кретины эти фразочки придумывают?

Дорога, слабо освещенная утренней зарей, пустовала. Слева и справа ее сжимали высокие лесистые утесы. Действие ночного отвара закончилось, но в этом свете Хлаш уже неплохо видел и так. Кое-как закрепленный панцирь болтался на плечах. Обманет ли он кого при свете? Тролль сильно сомневался.

Впрочем, не далее чем через версту утесы по бокам дороги ушли в стороны, и компания снова свернула в лес. К тому моменту, как над горизонтом показался краешек солнца, Отряд оказался далеко от опасного места.

Вскоре лесистые холмы стали гораздо более пологими. Исчез бурелом, там и тут виднелись аккуратные пеньки и гнилая щепа, отмечавшая места расчистки. Хлаш удивился, почему лес чистили вдали от города, но потом решил, что непроходимая чащоба рядом с городом - еще один рубеж защиты. Оставалось непонятным, почему защитники Крестоцина не воспользовались им, чтобы пощипать стиснутую в походную колонну армию Майно. Впрочем, Хлаш был согласен с Тилосом: кое-кого из городских воевод стоило бы вздернуть повыше за явный саботаж.

С солнечным светом к троллю вернулась способность видеть не только черные силуэты. Деревья вокруг оказались незнакомыми, не хвойными, как сосна или ель, но и не лиственными вроде березы. Их ветви усеивали широкие плоские и мягкие иглы, издающие терпкий запах - Хлаш на ходу сорвал кисточку и растер ее в пальцах. Тут и там торчали высокие кусты, будто вырезанные из жестких роговых пластин, их негнущиеся сучья причудливо ветвились, напоминая странных животных или сказочных призраков. Иногда в гуще деревьев попадались и знакомые - клены и осины с заметно пожелтевшими листьями. При взгляде на них Хлаш остро ощутил незаметно наступившую осень. Наверное, дома, в Песчаных горах, земля уже усеяна толстым слоем опавшей листвы. Но тут, в южных странах, грядущая зима пока скрывалась далеко за горизонтом, лишь робко посылая вперед осторожных вестников - едва заметно желтеющее древо, редкий порыв острого холодного ветра…

– Это лиственник, - сообщил Тилос, заметив любопытство, с которым тролль оглядывался вокруг.
– Он опадает очень поздно, почти под самый снег. Впрочем, здесь и снег лежит месяца два, не дольше. Кстати, о птичках. Скоро в этих краях начнутся осенние дожди. Пренеприятнейшая штука, особенно в глуши. Я слышал, что в это время местные леса превращаются в сплошное болото.

– Нам не впервой, - ухмыльнулся Заграт.
– Сядем на кочку рядом с лягушками и будем квакать. Заколебало у меня взад-вперед мотаться, хоть передохнём немного.