— С пряниками? Я еще конфету хочу, шоколадную! Две конфеты! — и мальчишка показал растопыренную пятерню. — Вот столько!

— Одну! А то будет у тебя диатез!

— Не будет. А что такое диатез?

— Лучше тебе это не знать… на кузню пойдем или сюда ужин принести?

Павел Осипович и Владимир Михайлович перед Новым годом встретились на совещании, проходящим под руководством Петра Ионовича Баранова. То есть Баранов совещанием руководил, а Сухой и Мясищев «совещались», потому что больше там никого не было:

— Итак товарищи, вам дается новое задание…

— Обоим сразу? — поинтересовался Мясищев.

— Нет, каждому отдельное. Павел Осипович, что у вас по новому истребителю?

— В марте начнет летные испытания.

— Это хорошо, тут из НТК пришло указание уже передавать его в серийное производство а Верхнеудинск. Они, по крайней мере я так это указание понимаю, в то, что машина у вас получится, верят безусловно. Я тоже верю… но вам выдано еще одно задание, вот, ознакомьтесь.

— Они так в НТК уже и конструкцию готовую предлагают?

— Нет, это… я сейчас зачитаю лучше, а то решите еще, что у меня бред начался. Вот, предлагается предварительная компоновка штурмового самолета с противоснарядным бронированием… а главное вот: с двумя двигателями с тягой по четыре тонны. Параметры двигателя в приложении. Его тоже пока еще нет, точнее, он пока еще дорабатывается… и последнее: желательно уложиться в стоимость не более двадцати миллионов рублей в серийном производстве без учета стоимости двигателей. Но приоритетом являются сроки: самолет должен быть передан на летные испытания не позднее первого января сорок первого года.

— Они там в НТК не охренели с ценами?

— Понимаю, уложиться в такие рамки будет очень непросто. Я когда спецификацию поглядел, сам охренел: там только материалов на десяток миллионов. Но они в НТК все же обещают цены на материалы снизить, может быть и получится не сильно за сметы вылезти. А вам, Владимир Михайлович, задание будет попроще, но посложнее. Попроще потому, что НТК хочет от вас получить двухмоторный бомбардировщик ближнего радиуса, с уже отработанными двигателями по полторы тонны. А посложнее потому что срок они поставили всего один год. Я вас вместе пригласил, потому что Павел Осипович с этим двигателем уже хорошо знаком, думаю,с ним он вам поможет побыстрее разобраться. А в целом по срокам… Меня по этому поводу отдельно дрючили еще и товарищ Берия, и даже товарищ Сталин, поэтому лично я думаю, что они ожидают крупные неприятности в следующие полтора-два года. И мы к этим неприятностям должны быть готовы! Да, отдельно по вопросам финансирования: в НТК этим занимается Старуха, вы в случае необходимости обращайтесь непосредственно к ней. И если станки какие импортные потребуются — тоже сначала к ней, а лишь потом к товарищу Тихонову. А по советским станкам и спецматериалам — все же сначала к Тихонову, а затем — к тому, на кого он укажет. Он в курсе. Но, кроме Сталина, Берии, Тихонова и Старухи об этих работах никто пока не знает, ни Куйбышев, ни Молотов… никто. Если враг решит напасть, то это будет для него сюрпризом — но вы все же постарайтесь эти сюрпризы Советскому Союзу обеспечить.

— А почему…

— Потому что вы оба с НТК уже работали. И уже показали, что работать вы умеете… лучше всех остальных. Еще вопросы? Да, товарищ Сталин сказал, я специально его слова повторяю так, как услышал: следующий год для нас ожидается спокойным. То есть для Советского Союза спокойным. Следующий… Надеюсь, пояснять эти слова не надо. Все, совещание окончено…