– Что? Что ты сказал?

– Ничего. Вставать пора, - бурчит, - Вчерашний день не принес новых знаний - так сегодня надо хоть что-то обнаружить. День - два. И больше времени не будет. Надо уходить...

– Армази, - говорю задумчиво. Потому что задумалась. Над внезапной мыслью, - А если не уходить, м? То есть... если мне в этом городе все время жить, я всегда буду человеком. И все эти неудобства закончатся.

– Быть драконом - неудобство для тебя?

Спрашивает таким тоном... будто в нем борется два желания. Наругать зло. Или пожалеть.

– Внезапный, не зависящий от меня оборот - вот неудобство. А еще... быть девицей мне нравится.

– Мне тоже, - ляпает вдруг и сам же напрягается от своих слов.

– Нравится быть девицей?
– становится весело.

– Ой да все ты поняла, - фыркает. А потом становится серьезным, - Марика. Тебе нельзя здесь. Рано или поздно те ненормальные тебя найдут. Вспомнят. Разберут на кусочки...

– Да знаю я, - вздыхаю, - Но вот если бы их не было... И я захотела остаться. Что бы ты сделал?

– Ты прекрасно знаешь, что отправился дальше.

– Один?

– Заставить тебя я не смогу. Насильно разве можно подвиги совершать?

– Хм. Вот ты мне и ответь. Потому что в деле о принце многое кажется мне странным. Почему именно ты, колдун? Почему ты рискуешь своей жизнью, тащишься за Пики, тащишь с собой дракона? Чем ты так ему обязан, а?

– Жизнью, - сообщает мрачно.
– И не просто...

И в этот момент раздается стук в дверь.

53

"И если Дракон выбирает любовь, это выбор уже невозможно отменить!"

(Ян Словик)

– Вы просили подать вам завтрак в комнату… - раздается не слишком довольный данной просьбой голос.

Да бли-ин! Я конечно голодна, но не настолько, чтобы пропустить признания! Армази ведь съедет теперь с темы и не дозовешься.

Вчера подавальщику досталась весьма приличная монетка за такие вот подачи: мы не хотели лишний раз светиться в общественном месте. Пусть это даже постоялый двор, в котором полно народу и в котором, чтобы засветиться, требуется быть по меньшей мере о трех головах.

Колдун порывисто встает, чтобы открыть дверь. А я переключаюсь на это движение и любуюсь им немного.

Он, когда не замотан в свой плащ, красавчик. В этих тонких подштаниках и широкой рубашке, лохматый спросонья - впрочем, он всегда лохматый. Плечи, стать, ноги длинные, острая линия челюсти, теплое и вкусно пахнущее местечко в подключичной ямке…

Так. Я откуда знаю про запах?

Пока размышляю над этой загадкой и над тем, что у меня отличный вкус на мужскую внешность - хотя к характерам моих «героев» есть вопросики - подавальщик затаскивает поднос и не слишком аккуратно грохает его на низкий топчан, который и стол, и лавка и место для того чтобы вещи кинуть. С мебелью как понимаете в средневековье не очень.

С завтраками.. Тоже такое себе. Булки какие-то, сыры, кувшинчики со всякими жидкостями. О, хотя бы горсть сушеных ягод и орехов.

Нельзя сказать, что вызывает во мне аппетит, но вроде съедобно. Я, видимо, пообвыкла уже в человеческом теле и теперь мне хочется не просто человеческой, но вкусной еды. Ах, если бы еще чуть более привычной… И кофе…

Вот разгребусь с этой историей и открою ресторацию! Чтобы было по современным рецептам, чтобы гигиена на кухне была. А еще найду какой-нибудь аналог кофе и ка-ак озолочусь! И сама буду вкусно питаться.

«То есть вернуться домой, в свой мир, ты больше не планируешь? Даже в мечтах?»

Опс.

– Все в порядке с едой?
– хмурится колдун и выразительно смотрит на меня, застывшую с куском сухой булки в руках.

Вздрагиваю.

Моргаю.

Медленно качаю головой. А потом киваю. Непонятная, как женщина.

Неужели я и правда перестала даже немножечко верить в возможность вернуться? Или перестала хотеть этого?

– Все хорошо, - макаю булку в подслащенные сливки.

– Так вот, по поводу принца…

Я так поперхиваюсь, что кусок откушенной булки едва не летит пулей колдуну в голову. И в изумлении таращусь на мужчину.

– Что?
– теперь вздрагивает он.

– Ты действительно расскажешь?! И не воспользуешься тем, что нас прервали, не пожалеешь о своей откровенности?

– Знаешь, Марика, с твоими такими словами хочется и правда прерваться!

– Молчу-молчу!
– поднимаю вверх лапки.

– Быть магически одаренным ребенком не просто, - он будто сразу решает выдать самое важное. Сорвать пластырь одним махом - а потом уже дуть на поврежденное место. И я это понимаю, проникаюсь и перестаю жевать, - Особенно если ты ребенок, вокруг которого нет других магов. Нет никого, кто бы подсказал, как так получается с твоим телом, с тем, к чему ты прикасаешься… Я перебрался через Пики с матерью. Не очень помню то время и куда мы шли. Странствовали наверное. У мамы магии не было и в тех деревнях, что мы жили, не было возможности научиться чему-то… Иногда случались проблемы. А потом я оказался в Амиране. В самом сердце королевства. И в несколько дней моя жизнь изменилась. Так получилось, что мамы не стало, а я сделался побратимом принца.