– Да… Это именно тот запах, – хрипло выдохнул вампир с наслаждением. – Этот тонкий, ни с чем несравнимый аромат, что я уловил на соседней улице.

Я сглотнула, уже не столь радуясь своей сообразительности и тому, что план по привлечению вампира сработал. Идея накапать своей крови на главных перекрестках центра, хоть и оказалась эффективна, кажется, была не так уж хороша. Или это успех? Кто же тут издевается над эльфийкой – маньяк или просто случайный заносчивый кровосос?

– Красавица, не подскажешь, что же придает твоей крови эту остринку? – мягко урчал вампир, пока я судорожно размышляла, как его отвадить. – Я как раз искал такую.

Прикосновение холодного языка к уже поджившей ранке неожиданно сковало мое тело ужасом. Вместо того, чтобы призвать магию, тяжелую секиру или хотя бы просто потереть кольцо на свободной руке, дав знак дроу, я застыла, словно кролик перед готовящейся к удару змеей. Это чувство какого-то животного страха и беспомощности просто из-за давления ауры находящегося рядом существа показалось мне неожиданно знакомым.

– Ты… – хриплый выдох в центр моей ладони заставил сердце глухо загрохотать где-то у горла. Тонкие пальцы на запястье сжались крепче, причиняя боль. – Не может быть, я все же нашел тебя…

Значит, это и есть наш маньяк? Он радуется, что нашел смеска? Проклятье, Кат, хватит паниковать! Сделай хоть что-нибудь!

Но тело по-прежнему меня не слушалось.

– Этот ни с чем не сравнимый вкус. Я и не надеялся попробовать его вновь. До сих пор помню ту острую терпкость на кончике языка, когда я его распробовал… и агонию, нагнавшую меня после. Никто другой так и не смог избавить меня от нее, – неистово шептал вампир, подтягивая меня за руку ближе. – И наконец я вновь встретил тебя вновь…

Казалось, я с трудом различала, что он говорит, сквозь бешенный стук собственного сердца и шум крови в ушах. Но и то, что я слышала, казалось полной бессмыслицей. Когда бы он успел попробовать моей крови? Картинка, как темная фигура в плаще слизывает жалкие капли крови с пыльной дороги посреди улицы, могла бы показаться смешной, если бы я не была уверена, что ни один вампир, даже самый психованный, не опустится до такого.

То, с какой жаждой и уверенностью говорил этот клыкастый, заставляло поверить, что он не играл – ему знаком вкус моей крови. Но этого не может быть! Единственный, кто посмел притронуться ко мне, уже мертв!

Вдох застрял у меня в груди, и я с ужасом уставилась на существо напротив. Из темноты капюшона довольно сверкнули красные глаза.

– Не может быть… – едва слышно пробормотала я непослушными губами.

Он должен быть мертв! Он просто не мог выжить! Не после того, как практически убил меня! Это просто невозможно…

– Ну привет, малышка, – оскалился вампир. Холодная ладонь скользнула по моему плечу и, откинув светлые пряди, погладила едва заметный шрам на шее. – Смотрю, ты тоже так и не смогла забыть меня. Похоже, это судьба…

Мне хотелось закричать. Словно один из тех кошмаров, что мучили меня первый месяц после ранения. Но злорадные мысли, что тварь умерла в мучениях, помогли справиться со страхом. А теперь ужас снова разом накрыл меня с головой. Та тьма и режущая боль в шее, безумная слабость, холод, постепенно охватывающий тело, и пугающая мысль: «Похоже, именно так глупо я и умру. Силли останется совсем одна». Даже резкая боль в руке, где заострившиеся когти чудовища вспороли кожу, пуская кровь, не вывела меня из ступора. Но вдруг… все изменилось.

Мне показалось, что все вокруг накрыло пеленой тьмы. А когда она спала, передо мной уже был не пугающий сумрак плаща, из которого на меня смотрели кроваво-красные глаза, а широкая спина дроу, затянутая в плотную черную куртку. И только непрекращающаяся боль в руке подтверждала, что все случившееся не было кошмаром, привидевшимся мне наяву. Заторможенно опустив взгляд, я поняла, почему боль не стала слабее – на моем запястье, все так же крепко впиваясь пальцами в кожу, висела отрезанная рука вампира.

Кажется, Сайлас сам сообразил, что это была вовсе не беседа с настойчивым клиентом, и вмешался. Жаль, что он сразу не снес этой твари голову, а лишь отсек держащую меня руку. Видимо, опасался, что это все же просто наглец, не знающий слова нет, а не наш маньяк.

– Куколка, я надеялся, что наши чувства взаимны и ты тоже искала меня, – донесся до меня охрипший голос твари. – Думал, наша встреча произвела на тебя столь же сильное впечатление. Тогда почему в наш приватный разговор вдруг вмешивается третий?