Не успевают принести напитки, как к столику подходит Макс и садится на свое обычное место напротив меня. Чувствую, как в груди припустило сердце. Он опять усложняет мне задачу.

Набираюсь сил и, кинув ему, как все, «привет», старательно избегаю смотреть на него.

Я так надеялась, что Максим не придет, ведь когда мы недавно столкнулись, он отлетел от меня, как от прокаженной, но, видно, у него были свои мысли на этот счет.

МММ присоединяется к разговору мужчин, а я все равно чувствую его присутствие, даже когда он молчит и не смотрит на меня. Вадим замечает, что я мрачная, и, прижав меня к себе, шепчет на ухо:

– Как только тебе здесь надоест, мы можем поехать ко мне.

Я знаю, что его слова никто, кроме меня, не слышит, но, едва подняв глаза и встретившись взглядом с Максом, краснею, как наивная девочка.

Разговоры мужчин о скучных вещах жутко утомляют, и я, чтобы поменьше скучать, а главное, поменьше находиться в компании Максима, даю жару, вытанцовывая на танцполе.

Выпиваю за вечер не один бокал, но по-прежнему чувствую себя не в своей тарелке. Почему не успела я приехать в Питер, меня угораздило столкнуться именно с Максом? Почему он друг, знакомый или подчиненный Вадима? Почему моя и так сложная задача еще больше усложнилась?

Сажусь напротив своего камня преткновения и поднимаю на него глаза. Он сегодня особо угрюмый, и это заставляет меня чувствовать себя еще хуже. Хотя куда уж хуже? Я не помню, чтобы когда-нибудь мне было так плохо. Лучше бы Макс раздражал меня, и я бы по привычке злилась на него. Мне бы точно было легче. А так меня пронзает непреодолимое желание сесть к нему рядом и обнять…

Вадим зовет меня танцевать, когда начинает звучать медленная мелодия. Теперь я знаю, что его привлекает не танец, а возможность быть со мной максимально близко.

Неловко поднимаюсь, роняю сумочку, и оттуда под ноги мужчине вываливается мой телефон, блеск и какой-то пакетик. Он поднимает вещи и передает все, кроме этого непонятного пакетика. Вадим внимательно рассматривает серо-коричневый порошок, находящийся в нем, потом открывает его и, понюхав, морщится. Взгляд, который он бросает на меня после, бьет сильнее его последующих слов, звучащих жестко и унизительно:

– Немедленно пошла вон отсюда!

При других обстоятельствах я, наверное, так и сделала бы, но только не сейчас. Сейчас я хочу знать, что вдруг произошло? И почему все мои усилия так внезапно и нелепо покатились к черту!

Пытаюсь взять его за руку, чтобы посмотрел на меня и объяснил, что случилось, но он выдергивает свои пальцы из моих. Вадим в одно мгновение превратился в совершенно другого человека. Этот человек холоден и неприступен! Этот человек, уверена, может все!

Такой Вадим мог помочь Вере выброситься из окна.

– Уходи по-хорошему! Иначе я вызову ментов, и тебе придется отвечать перед ними, откуда у тебя героин, – предупреждает он.

– Что? – до меня начинает доходить, что тот порошок – наркотик, и все подумали, что я наркоманка.

– Вадим, остынь! Она не наркоманка. Посмотри в ее глаза, – вступается за меня Максим.

Я с благодарностью вскользь смотрю на МММ, хотя совершенно не понимаю, почему он помогает мне. Если вспомнить, как Макс реагировал на наши отношения с Вадимом, вполне логично было бы ему не заступаться за меня.

Мне некогда думать об этом, я понимаю, что надо срочно как-то оправдать себя, и лихорадочно пытаюсь сообразить, что можно сделать.

Я должна найти самые убедительные слова в мире, но вместо этого я мычу:

– Я не наркоманка!

Поворачиваюсь к Вадиму и смотрю на него самыми честными глазами на свете, но он даже не глядит в мою сторону. Внезапно мне приходит гениальная мысль.

– На фейсконтроле охранник видел, что у меня в сумке только телефон и блеск.

– Значит, ты купила порошок тут! – раздается вкрадчивый голос Маши.

Поворачиваюсь к ней. В ее глазах сияют злорадные искорки. Она уже в предвкушении того, что Вадим найдет утешение в ее объятиях.

– Ты дура? – резко отвечаю ей, даже не пытаясь себя сдержать. – Я же сказала, ничего, кроме телефона и блеска! Это значит, что денег у меня с собой не было!

Вадим поворачивается ко мне и смотрит в глаза. Я не знаю, какие они должны быть у наркоманов, но уж точно не такие, как у меня. Я никогда не пробовала наркотики.

– Ты прав, у нее нормальные зрачки…

Было неприятно, что он, как в первый день при знакомстве, обращается к Максу, а не ко мне, как будто меня не существует, но я проглатываю это.

Вадим подзывает охранника и распоряжается, чтобы он привел того, кто стоит на входе.

Потянулись неприятные минуты ожидания. Вадим все еще держит дистанцию, Максим мрачно сидит на своем месте, Маша притихла, и только друга и его подружку, казалось, не трогает ситуация. Они продолжают болтать и обсуждать начавшееся представление.