Одно из ночных светил заглянуло в водопадный колодец, серые скалы засияли серебром на гладких гранях. Вся пещера осветилась белым сиянием, похожим на сияние Лунного дракона, лишь на самом дне ярким пятном выделялся большой плоский чёрный камень. Он сразу привлёк наше внимание.

Не даром Ильяр назвал эту чашу естественного происхождения колодцем, до дна добраться оказалось не так-то просто. Но сначала Белая, уже знакомая с яростью Голодной реки, внимательно осмотрела основной поток, в каком месте он уходит под землю, и лишь после этого смело направилась к чёрному камню. Было в нём что-то знакомое, что тревожило и притягивало одновременно. Дракошка шарахнулась в сторону, раскрыв капюшон, когда на его поверхности мелькнуло белое отражение. Отражение?

Любопытство оказалось сильнее тревожности, Белая вернулась, замерла перед чёрным зеркалом, разглядывая себя. Мне тоже стало интересно, ведь дракоша заметно подросла. Появилась новая чешуя там, где её раньше не было, отросли длинные перламутровые когти, прорезались рожки, малюсенькие, но яркие, как лампочки. Им дракошка особенно обрадовалась, по-всякому крутила головой, чтобы лучше разглядеть. А я с удивлением уставилась на зелёную маску, растянувшуюся и потому ставшую полупрозрачной, закрывающую весь нос с половиной морды. Чудо-маска, как родная кожа, покрывала все царапины, треснувшие пластины на носу, и те места, где чешуя была содрана полностью, на лбу и щеке. Ну и видок…

Белая застыла, причудливо изогнувшись, почуяв мой шок. Нет-нет, сестрёнка, ты-то как раз выглядишь шикарно! Это я всё никак не успокоюсь по поводу своего лица. Мужчины… все, как один, не сговариваясь, вели себя так, будто ничего страшного не случилось, подбадривали, шутили, даже играли у лестницы дворца. Благодаря им справилась со всеми страхами. А на самом деле… Хорошо, что за всё время рядом не оказалось зеркал, только в доме мага, но на мне уже была маска, под которой ничего не видно. Знаешь, Белая, только сейчас поняла, для чего заставили Антора стоять и молчать. Жестоко… но он точно стал бы жалеть, мог сказать что-то лишнее, и разрушил бы мою уверенность в себе. А я только-только начала привыкать к тому, что являюсь драконом и не простым, а Лунным воином. Всё хорошо.

Белая шевельнула хвостом, начала медленно приближаться к каменному зеркалу. Она так внимательно разглядывала маску, что упёрлась носом в своё отражение. Весело булькнула пузырями, раскрыла капюшон и с силой оттолкнулась всеми лапами. Крутанулась, раскрыла крылья, всем своим видом и настроением показывая, что не собирается переживать из-за пустяка. Даже вытащила из своей памяти момент, когда срывала зубами с лапы старую помутневшую кожу, на которой были видны следы от царапин и порезов. А на новой коже уже сверкали маленькие первые чешуйки и никаких шрамов.

Да, моя хорошая, ты права. Мы были и будем самыми красивыми, единственными для наших драконов. Урррр! Утвердительно рыкнула Белая, выпуская пузыри. Она вновь повернулась к каменному зеркалу, но… его поверхность изменилась. Чернота начала пульсировать, заклубилась, стремительно светлея. Вода вокруг нас начала двигаться всё быстрее и быстрее, закручиваясь в водоворот.

Дракоша рванула к стене, цепляясь когтями за все неровности, плотно прижала к себе крылья, поползла наверх. Но её любопытство пока ещё сдерживало страх, и она не спешила, постоянно оглядываясь, всматриваясь и запоминая это загадочное явление. А меня охватил ужас, потому что вспомнила, на что это похоже! Белая, беги!!! Это дыра в другой мир! Нас затягивает!!! Водоворот с каждой секундой набирал силу, стал белым от хлынувшего вместе с солнечным светом воздуха из возникшего прохода.

Теперь и дракошу сковал двойной страх перед водоворотом, способным отнять человека. Колодец превратился в большую воронку, чёрный камень исчез, а вся вода устремилась в дыру, образовавшуюся на его месте. Белая вдавливала себя в щели между камней, плотно прижимаясь всем телом. Особенно много сил уходило на контроль крыльев и хвоста. Крылья, как гладкий щит, защищали от жёсткого водяного потока, а хвост, длинный, гибкий, с широким веером на конце, был особенно уязвим. Если он попадёт в воронку, нам конец. Вдобавок появилась ещё одна проблема — осталось слишком мало воздуха.

Сестрёнка, ты сможешь выбраться! Ты сильная! Ползи-ползи вверх! Вода уходит, её уровень падает, и ты глотнёшь воздух! Ещё немного! И Белая ползла, вытянув шею, прижимаясь горлом к гладким камням, с надеждой поглядывая на пока ещё расплывающееся белое пятно Большой Луны на тёмном небе. Но на самом верху воронка водоворота расширялась, соскребая и утаскивая всё подряд на своём пути. Я почувствовала, что дракоша уже не дышит, нечем, замедляющийся стук её сердца оглушал сознание, а тело начало судорожно сжиматься.

Всё изменилось в один миг! Луна исчезла в плотной черноте. Вода прекратила свой смертельный танец. Кто-то буквально оторвал нас от стены колодца, крепко прижал к горячему телу и выпрыгнул из пещеры через пролом. Воздух! Воздух с болью наполнял лёгкие, заставляя дракошу со свистящим хрипом вдыхать и вдыхать новые порции. Перед глазами мелькали радужные искры, а по ушам, после подводной тишины, ударил грохот водопада и гневный рёв драконов. Сумрак, а это был именно он, положил Белую на тёплый плоский камень. Вместе со Светом, утробно урча, они принялись вылизывать горячими языками, массируя и согревая, скованное судорогой тело дракошки.