На несколько секунд Старс замирает, и пелена гнева спадает с его глаз. Он будто задумывается над тем, что творит, и хочет прекратить, но я приподнимаю бедра, чтобы потереться о него промежностью. Его пенис твердый и крупный, и я облизываю губы, предвкушая, как буду чувствовать его толчки внутри себя.

— Я боюсь сделать тебе больно! — сжав зубы, цедит он, и в глаза возвращается отчаяние.

— Я знаю, что делать…— он понимает меня с полуслова, освобождает мои руки и возвращается в прежнюю позу, сидя на полу.

Поднимаю обрывок свадебного платья и подползаю к мужу, забираясь на него сверху.

— Руки назад, — шепчу, нарочно обжигая его шею дыханием.

— Ты серьезно? — вылетает нервный смешок, и я сама убираю его тяжелые руки за спину и завязываю узел, — что за женщину ты послал мне, господи?!

Не реагирую на него и достаю большой член с тяжелыми яйцами из ширинки разорванных штанов. Старс тут же затихает и наблюдает за тем, как я на коленях подвигаюсь к нему и удерживая горячий ствол, придвигаю его к истекающему влагой лону.

Медленно насаживаюсь на него под тихое шипение Старса. Нарочно не закрываю глаза, следя за его реакцией, но не выдерживаю. Прикрываю веки, со сладким стоном запрокидывая голову назад.

Я медленно двигаюсь вверх, пока его каменный член не выходит полностью, вниз, пока головка не упрется в дно. Очерчиваю бедрами круг, и волной качусь вперед, чтобы потереться клитором о лобок.

Стаскиваю верх платья, освобождая грудь, и сжимаю соски, упиваясь свои чувственным танцем под аккомпанемент нашего рваного дыхание и тихих стонов.

Старс тянется к моей шее и нежно слизывает капельки пота, но совсем скоро его настроение меняется, и я чувствую болезненные укусы. Он рычит, рвано дышит, и на сколько это возможно в его положении, подмахивает бедрами, будто это он трахает меня, а не я его.

Резко оттягиваю его голову за волосы, и прикладываюсь щекой к щеке.

— Ты ненормальная…— шепчет он.

— Кто бы говорил…— смеюсь в ответ, и ускоряю движения бедрами.

Неожиданно для самой себя, я нахожу удовольствие в этой дикости. Понимаю, что до извращений Старса мне далеко, и вряд ли я вообще могу представить, каким образом он делал больно тем женщинам, с которыми спал. Но для меня это проявление животной страсти, грубости и желания взять верх, необычно, странно и очень возбуждает.

Оргазм приходит так быстро, что я не успеваю притормозить, чтобы растянуть удовольствие. Замираю, наслаждаясь сладкими горячими волнами, и чувствую, как внутри меня кипятком растекается сперма.

Старс тяжело сглатывает и касается зубами моего подбородка, но не делает больно. Так и переживаем первый наш оргазм в статусе мужа и жены.

Сил в теле почти не остается. Звенящими пальцами развязываю узел и освобождаю руки мужчины. Они тут же ложатся на мои бедра, ползут выше и, когда доходят до лопаток, притягивают к мокрой от пота и крови груди.

— Что это было? — размеренно дыша, Старс играет с моими волосами.

— Сама не поняла, — прикрываю глаза и уплываю в сон под размеренное дыхание своего мужчины.

Шипение трубок открывающегося шлюза вынуждает открыть глаза. Я прислушиваюсь к происходящему, и понимаю, что наше судно больше не издает вибрацию, которая обычно бывает при полете, и это значит, что мы не состыковались с чем-то более крупным, а сели на твердую поверхность.

Обнаженных ног касается поток прохладного воздуха, и я вдыхаю поглубже, чувствуя аромат морозного дня. Да, на «Терре» были и такие образцы.

Сползаю с колен Старса, обращая внимание на то, что он подключился к восстанавливающей капсуле через переходник, и исцеляющие волны проникают в его тело по тоненьким проводам, прикрепленным к запястью. Наверное, не захотел будить меня, и от этого хочется улыбаться.

— В Нубии столько мест, где можно было спрятаться, но тебя принесло на Акан! Каких псов, Фрэдо?

Узнаю голос Мирта. Пусть я никогда не слышала его ругань, но знакомые нотки не спутаю ни с чьими.

— Все пошло не по плану.

— Где Эйра? — ревет Мирт, будто его подстрелили.

В это же мгновенье доползаю до открытой створки и, держась за стену, поднимаюсь на ноги. В глазах Мирта ужас. Я понимаю, что выгляжу, не то что не очень, а просто кошмарно. Бледная, растрепанная, в разорванном платье и со следами крови на теле.

Он срывается с места, за секунду оказывается у двери и притягивает к себе.

— Моя девочка, — выдыхает, прижимая мою голову к себе, и целует волосы.

Замираю в крепких объятьях, и становится так уютно и спокойно, что не хочется отодвигаться, но Мирт все же отлепляет меня от себя, тревожно разглядывая следы моих приключений.