Как, черт возьми, я должна объяснить нашу с Райаном сложную ситуацию? Мой сосед получил травму? Мой поддельный парень получил травму? Парень, в которого я очень сильно влюблена, сейчас находится в больнице, и мне нужно его увидеть?

Взяв себя в руки, я пытаюсь объяснить снова.

– У меня в семье чрезвычайная ситуация.

Я не знаю, насколько правдивы эти слова, но они слетают с моего языка.

– Я позвоню диспетчеру и попрошу их поменять экипаж.

– Вы уверены?

– Да. Как раз для таких случаев у нас есть дежурная стюардесса. Идите и берегите себя.

Возвращаясь в салон самолета, я подзываю одну из девушек на переднее сиденье и назначаю ее ответственной, рассказывая ей всю информацию, которая может понадобиться ей для перелета.

Зандерс спускает мою сумку по трапу самолета.

– Возможно, тебе будет трудно попасть внутрь больницы. Я уверен, что снаружи – ажиотаж из-за прессы. Как доберешься, позвони Стиви. Она поможет тебе пройти.

– Как она?

– С ней все в порядке. Она, конечно, беспокоится о нем, но, учитывая то, как ударили Райана, он, вероятно, должен был приземлиться на голову, а не на ноги. Итак, учитывая все обстоятельства, с ней все в порядке.

Он отдает мне сумку, обнимает меня и возвращается к самолету, но прежде чем отойти слишком далеко, поворачивает обратно.

– Инди, я не хочу тебя пугать, но если это и в самом деле разрыв связки, баскетбол для Райана закончен. А для него игра – все, что у него есть. Позаботься о нем, ладно?

Я киваю в знак согласия. Это я умею.

Зандерс оказался прав. У входа в больницу толпится целый зоопарк репортеров, которые надеются первыми услышать прогноз для суперзвезды Райана Шэя. Как будто команда «Дьяволов» не будет первой, кто опубликует заявление. Уверена, врач команды сейчас внутри.

В ожидании, когда Стиви ответит мне и скажет, куда подъехать, я сижу в своей машине, припаркованной у входа. Достав телефон, я ищу его имя.

Бесконечные статьи засоряют мой экран предположениями о его травме, включая бесчисленные видеоповторы этого события. Собравшись с духом, я открываю один из них и включаю воспроизведение.

Только с третьей попытки мне удается досмотреть до конца, не отворачиваясь. Трудно не отвести взгляд, когда я вижу, как игрок в сером атакует прямо под ним, как только пальцы Райана отрываются от кольца.

Зандерс прав. Райан должен был приземлиться на голову, но каким-то образом благодаря своим спортивным способностям он почти смог снова встать на ноги. Я хотела бы чувствовать от этого облегчение, но это почти невозможно, когда я вижу, как он корчится от боли на полу.

Он – олицетворение силы, и я ненавижу видеть его в момент слабости. Когда на экране до него добирается врач команды, приходит сообщение от Стиви с указаниями, как пройти к черному входу. Как могу незаметно, я нахожу отдельную дверь и жду, когда она встретит меня с другой стороны.

Стиви приоткрывает дверь ровно настолько, чтобы я могла проскользнуть внутрь.

– Как он? – первым делом спрашиваю я.

Она пожимает плечами:

– Это же Райан. Пытается отнестись к этому стоически, но он в шаге от того, чтобы потерять самообладание. – Она останавливается в коридоре, чтобы обнять меня. – Тебе не обязательно было приезжать.

– Но я приехала, – говорю я в ее объятиях.

На ее лице понимающая улыбка, она отстраняется, и мы продолжаем путь в его палату.

– Тебе лучше?

Прямо сейчас я чувствую себя довольно плохо.

– Я пока не знаю, что сказать.

В коридоре толпятся бесчисленные сотрудники команды. Они все еще в своих поло «Дьяволов», что-то просматривают на своих ноутбуках, некоторые зависают в телефонах в пылу бурных разговоров, а парочка расхаживает по коридору.

Говорящий по телефону Рон замечает меня и хмурится. Он одаривает меня лишь напряженным выражением лица и нерешительно машет рукой.

Именно в этот момент я понимаю, что вся команда зависит от результатов МРТ. Зависит от самого Райана. Более слабый человек сдался бы под давлением, но я могу гарантировать, что, когда я открою дверь в его палату, я найду его спокойным, хладнокровным и собранным.

Стиви открывает дверь, чтобы доказать, что я права. Райан сидит в частной больничной палате, подперев обложенное льдом колено, закрыв глаза, откинувшись на подушку, в наушниках, блокирующих любой внешний шум.

Я вижу, как на лбу у него высыхает слой застарелого пота, который он еще не успел смыть под душем, а его веснушчатые щеки все еще слегка розовые от напряжения. Кроме этого, ничто не свидетельствует о том, что он только что пережил то, что, возможно, завершит его сезон.

– Райан. – Стиви трясет его за руку, привлекая внимание, пока он снимает наушники.