– Две. Эта и «Ауди».

– Не пойми меня неправильно, и «Рендж Ровер», и «Ауди» не входят в мой ценовой диапазон, но у тебя есть деньги. Я думала, ты окажешься более экстравагантным.

– Инди, какая часть моего образа жизни кажется тебе экстравагантной?

– Верно, – кивает она. – Но почему? У тебя столько денег, что ты никогда не будешь знать, что с ними делать.

– Это кажется расточительным. Я экономлю и инвестирую. У меня есть целый фонд для обучения в колледже для детей Стиви, если она решит их завести, но я сомневаюсь, что она воспользуется им сейчас, когда эти дети будут купаться в деньгах.

– Дети Зандерса будут ходить в школу в одежде Tom Ford и Prada.

– Если только Ви не заставит их полюбить бережливость, на свой манер.

Инди мягко улыбается, откидываясь на подголовник.

– Хотя половину своего дохода… – продолжаю я, – я жертвую на благотворительность.

– Правда? Куда?

– Ну, в настоящее время я приютил стюардессу, которая совершенно не умеет за собой убирать. Тотальный благотворительный проект. Трагическая история на самом деле.

Она смеется и легонько хлопает меня по руке.

– Заткнись.

– Я жертвую в фонд Зи, «Активные умы», но основное внимание уделяю системе государственных школ Чикаго. Хочу, чтобы у детей были учебники для занятий и еда на обед. И в мою сделку с обувным предприятием входит пункт, согласно которому мой спонсор тоже делает пожертвование, дарит детям спортивную обувь. Но нужно сделать гораздо больше. Это ошеломляет.

Я смотрю в сторону нашего лагеря, и меня начинает охватывать тишина. Наконец я оглядываюсь и вижу, что Инди смотрит на меня самыми мягким карим взглядом, который я когда-либо видел.

– Я сказал тебе это не для того, чтобы ты думала, что я такой классный парень. На самом деле я никому об этом не рассказываю именно по этой причине. Просто представь, что все это – ради налогообложения, и не впадай в сентиментальность.

Прикусив нижнюю губу, она качает головой, но глаза моей эмоциональной соседки невольно сияют.

– Я не думаю, что ты классный. У меня нет никакого мнения по этому поводу. Я. Ничего. Не. Думаю.

– Тебе следует поработать над своими актерскими способностями, пока мы не добрались до лагеря.

– Хорошо, я попробую, – прерывисто вздыхает Инди.

Я заезжаю на пронумерованную стоянку и паркуюсь рядом с грузовиком Итана. Примерно в двадцати футах впереди нас на отдельных платформах стоят три палатки с отдельными лестницами. Саму палатку вообще трудно назвать палаткой. Это скорее крошечный домик со стеклянными стенами и брезентом, закрывающим боковые и заднюю части, чтобы создать иллюзию кемпинга на открытом воздухе, когда на самом деле ты полностью внутри помещения.

– Черт, – выдыхает Инди. – Так вот как разбивают лагерь богатые люди.

К счастью, сегодня не по сезону теплый день для этого времени года, но даже если бы это было не так, в центре площадки ревет огонь, и в домиках, кажется, достаточно тепло.

Рон стоит у гриля слева от домиков, одетый в брюки карго, фланелевую рубашку и чертов пуховый жилет. Может быть, был лучший способ расположить к себе моего босса, чем проводить ночь здесь с ним и его женой, о боже милостивый. Я посмотрю, как он будет выглядеть, когда проснется утром.

– Может, нам стоит вернуться домой. – Я переключаю передачу на задний ход.

– Это ты, как и я, брюк карго испугался?

– Как будто мы проехали всего час за пределами Чикаго, и он стал другим человеком. Это плохая идея. Надо было дождаться обычного приглашения на ужин. Во время ужина еще можно притворяться, но целая гребаная вечеринка с ночевкой?

– Да брось, – возбужденно возражает Инди. – Это выглядит забавно.

– А что случилось с тем, что ты «не увлекаешься кемпингом»?

– Это вряд ли можно назвать кемпингом, и я всегда готова пообщаться. К тому же вокруг нет фанатов, которые пялились бы на тебя так, словно ты какое-то волшебное всемогущее существо.

Инди тянется к дверной ручке, но я защелкиваю замок прежде, чем она успевает до него добраться. Карие глаза преувеличенно закатываются, когда дверь отказывается открываться.

Называйте меня старомодным, мне все равно, но я пока не позволял и не позволю ей самой открывать дверь.

Обогнув машину, я отпираю ее брелоком и открываю пассажирское сиденье, чтобы увидеть Инди с невозмутимым выражением лица.

– Ты так странно к этому относишься.

– Не странно. Просто раньше о тебе никто не заботился, так что лучше привыкай.