Я поворачиваюсь к ее комнате, но не могу этого сделать. Я избегаю этого места любой ценой, и уж точно это будет не первое место, где я заставлю ее кончить сегодня вечером.

Вместо этого я несу ее на диван, укладываю на спину, продолжая прижиматься ртом к ее шее, уху, груди. Везде, где я могу ощутить ее вкус, кроме ее рта.

Я не лгал, когда говорил, что мне не нравится имитировать близость. В прошлый раз моя ревность не позволила мне удержаться от того, чтобы попробовать ее губы на вкус. Я знаю, что я чувствую к Инди, и, черт возьми, я хотел поцеловать ее с тех пор, как она впервые открыла свой прелестный ротик и заговорила. Но она прямолинейно сообщила, что ничего не может мне дать, и мысль о том, чтобы открыться женщине, которая не ответит на мои намерения взаимностью, ужасает.

Она попросила меня помочь ей кончить. Она не просила меня привязываться и целовать эти пухлые губы до тех пор, пока я не перестану ясно мыслить. Пока я не смогу ходить прямо. Боже, я все же этого хочу.

Ее длинные светлые волосы разметались по подушкам, она выгибает спину, прижимаясь ко мне грудью. Пальцы хватаются за пуговицы на моей рубашке, расстегивая их, пока я прокладываю дорожку поцелуев вдоль мягких изгибов ее плеч. Нащупав бантики, скрепляющие бретельки ее платья, я беру атлас зубами и тяну за ткань, пока бант не развязывается. К тому времени, как я развязываю и вторую бретельку, Инди полностью расстегивает на мне белую рубашку.

Ее мягкие руки с накрашенными красным лаком ногтями ласкают мой пресс, и черт меня возьми, если от этого я не становлюсь в десять раз тверже.

– Я касалась себя, думая о тебе, – признается она.

Черт возьми. Мой член болит, ноет под молнией от шести самых горячих слов, которые я когда-либо слышал в своей жизни.

Карие глаза смотрят на меня из-под темных ресниц, ожидая, что я что-нибудь скажу.

– О чем ты думала?

– О твоих руках.

– О, да? – Я поглаживаю ее грудь через платье, скольжу вверх, обхватывая кончиками пальцев ее горло. – О чем еще?

Я слегка сжимаю ее шею по бокам, проверяя, нравится ли ей такое.

Под моей ладонью вибрирует стон удовольствия.

– Об этом, – выдыхает она. – Ты на мне. Каково это – оказаться под тобой.

Раздвинув коленями ее бедра, я поддеваю указательным пальцем вырез платья, стягивая его вниз к животу. Мой взгляд немедленно опускается к ее груди. Твердые соски туго натягивают лифчик, который, как оказалось, без бретелек и черный, тонкий, но потрясающе сексуальный.

– Твой любимый цвет.

Боже милостивый.

Я скоро кончу в штаны от нескольких слов. Конечно, это идеальные слова, исходящие из самых привлекательных для поцелуев уст, но если я не возьму себя в руки, эта ночь пройдет совсем не так, как я планировал.

– Ты не кончила, когда думала обо мне, Инд? Потому что каждый раз, когда я прикасаюсь к себе, думая о тебе, я кончаю так сильно, что почти теряю сознание.

– Ты трогаешь себя, думая обо мне?

Я выдыхаю невеселый смешок.

– Помнишь, когда мы ездили на природу? Я думал о тебе, пока был в душе, и с тех пор – почти каждый раз.

Ее руки снова скользят вниз по моему животу, заставляя сокращаться каждую мышцу.

– Почему ты ничего не сделал, когда вернулся в постель?

– Я не знал, хочешь ли ты этого, но я мечтал увидеть тебя такой. Лежащей на спине, обхватив меня ногами.

Она тянется к пряжке на моем ремне, расстегивая ее.

– Ну, теперь я здесь, с тобой, так что ты собираешься делать?

– Ничего.

Ее движения замирают, брови изламываются в очаровательной гримасе разочарования.

– Что?

Я провожу обеими ладонями по ее животу и талии, наслаждаясь тем, как она ощущается под моими прикосновениями.

– Я не собираюсь ничего делать. Ты – да. Ты заставишь себя кончить.

– Но я не могу, – протестует она. – Это не работает. Пожалуйста, Райан. Ты сказал, что поможешь мне.

– Я помогаю. Я собираюсь отвлечь тебя, и ты будешь себя ласкать. – Я беру ее за руку, направляя ее к низу живота. – Ты мне доверяешь?

– Конечно доверяю. – Ее взгляд смягчается. – А ты мне доверяешь?

– Да, – отвечаю я без колебаний, и осознание того, что я никогда не доверял другой женщине больше, чем Инди, приводит меня к тому, что я действительно едва не решаю найти презерватив и послать к черту мой двухлетний период воздержания.

Яростный прилив собственничества захлестывает меня, крича о том, что она принадлежит мне. Она лежит, раздвинув ноги, на моем диване. Она живет в моем доме. Она хочет мой член.

Но внутренне я ругаю себя. Сегодняшний вечер – для нее.

– Коснись себя, Инд. Сделай так, чтобы тебе было приятно. – Сев на колени, я снимаю рубашку и бросаю ее на пол. – Но сначала, ради всего святого, сними с себя все.