— Кстати, то, что они такие большие, это даже хорошо, не пролезут в мелкие щели, а большие мы все заделали. Они на вас напали что ли, когда вы там у памятника митинговали? — продолжил я.

— Не успели, — хмуро ответил Гриша, — мы первыми их заметили.

— Ну дела, — глубоко задумался я, сев на краешек стола, где стоял какой-то медицинский прибор с проводами, — что дальше-то делать будем, не думал?

— Да уже всю голову сломал, — признался он, — но ничего полезного не придумалось… может ты поможешь?

Я покрутил головой в разные стороны и взгляд зацепился за это вот медицинское чудо под названием «Магнитер-2М».

— Слышал, что насекомых могут отпугивать волны разной частоты… ультразвук например или вообще сильное магнитное излучение. В этом корпусе вагон такой техники — можно поэкспериментировать, вдруг что-нибудь да поможет…

— Хорошее предложение, — быстро согласился Гриша, — вот тебя и поставим ответственным за это дело — экспериментируй, только осторожно.

Мы встали и направились к лестнице. Но тут снизу раздался громкий истерический голос, я так понял, что Тамаркин.

— Что-то случилось, — бросил мне на ходу Григорий, — быстро вниз.

И мы кубарем слетели с лестницы и вбежали в столовую… а там нам представилась такая картина — все оставшиеся тут во главе с Тамаркой окружили Игната, который стоял у дальнем углу с бегающими по сторонам глазами, протянув руки вперед, как бы защищаясь от нападавших.

— Что тут у вас стряслось? — почти прокричал Григорий.

— Крысу поймали, — торжествующе заявила Тамара, — вот она, — и она торжествующе указала пальцем на Игната.

— Стоп, — еще громче крикнул Гриша, — какую крысу, почему крысу, на чем поймали — расскажите подробно.

— А у него в кармане рация, — продолжила разоблачения Тамара, — и он по ней со своими подельниками связывается.

— Тааак, — задумался Григорий, — рация это серьезно… а ну все отошли от него, а мы поговорим.

Тамара и четверо остальных товарищей не слишком охотно, но отступили от затравленного Игната на пару метров. Гриша взял стул, я прихватил второй — на первый стул сел он, второй я поставил для Игната. Начался допрос в полевых условиях.

— Вынимай все из карманов, — приказал наш старший.

Игнат без слов повиновался — на соседнем столике последовательно появились связка ключей, куча мелочи и бумажных рублей, портмоне с карточками и еще какими-то документами, мобильник фирмы Самсунг и наконец, непонятная коробочка с экраном и кнопками по кругу вокруг него. Гриша отодвинул все, кроме коробочки, в сторонку и спросил:

— Это что такое, объяснишь?

— Астма у меня, — выдавил из себя Игнат, — это электронный ингалятор.

— Как работает, покажешь?

Игнат опять без лишних слов взял эту коробочку в руки, нажал на одну из кнопок и направил верхнюю часть устройства себе в рот, оттуда что-то зашипело.

— Вот так, — закончил он свою мысль, кладя устройство назад.

— Да врет он, как сивый мерин, — возмутилась Тамарка, — что я, ингаляторов не видела? Они все с одной большой кнопкой и без экранов.

— Это новая модель, — продолжил сопротивляться Игнат, — только что на рынок вышла. А на экране пишется остаток лекарства внутри и время следующей ингаляции.

— Что-то я не слышал про такие новые модели, — вступил в обсуждение Анвар, — хотя двадцать лет врачом работаю.

— Пусть он другую кнопку нажмет, — неожиданно прорезался Афанасий, — не красную, а зеленую.

— Ну, — Гриша тут же отреагировал на эту реплику и пододвинул коробочку обратно к Игнату, — нажимай.

Тот затравленно оглянулся по сторонам и отказался:

— Это для перезагрузки предназначено — может зависнуть и тогда я останусь без ингалятора.

— Боишься, значит, — усмехнулся уже я, решив, что и мне пора поучаствовать в дискуссии, — ну а я не боюсь и могу нажать.

Григорий без слов протянул мне это устройства, я и надавил на зеленую кнопку. Несколько секунд ничего не происходило, а затем экран заморгал и выдал достаточно четкую картинку с тем самым пиар-менеджером Пашей по центру. Я показал это всем остальным, а Григорий скомандовал:

— Тебе и карты в руки — поговори с ним.

— Здорово, Павел, — сказал я в микрофончик, он в самом низу коробочки находился, — как жизнь, как здоровье?

— В пределах допустимого, — немедленно отозвался этот Паша, — а у вас как там?