– А потому?..- остро глянул на своего бывшего ученика Берг.

– А потому я не буду соваться в Основной без особой надобности. А, если и да, то только с хорошей охраной. Моя женщина и её дочь не будет там вообще. Ты предупредишь своих ребят, чтобы молчали, как рыбы. И возьмёшься учить девочку.

Старик впервые посмотрел на девчонку внимательно:

– Она, конечно, вырастет красивой, в мать. И тебя можно понять. Но, Атарик! Посмотри на неё! Мелкая, хилая! Да её сшибут и покалечат тут. И нагрузки наши она не выдержит!

Девочка стояла и, вроде бы, безразлично осматривалась по сторонам. Но Атарик видел, что она прислушивается и анализирует обстановку. И иногда посматривает на него. Он "ответил" ей спокойным, твёрдым взглядом. Она, вроде бы, совершенно равнодушно отвернулась от них с Бергом.

– Переглядываетесь?- разглядел Берг.

Усмехнулся и попытался уговорить своего хэда в последний раз:

– Передумай, Атарик. Не будет толку с неё. Только зря обижать будут. Звери ведь наши парни.

Рик усмехнулся. Редко бывала у него такая улыбка. Только тогда, когда задумывал хэд Горячего какую-то пакость, распознать которую вовремя, у большинства хэдов не хватало мозгов. Вот и сейчас он с насмешкой смотрел на старика:

– Я поставлю на девчонку. Могу даже поспорить с тобой. Предмет спора можешь выбрать сам... Она укротит твоих "зверят" и станет твоей лучшей ученицей ещё до того, как пойдёт к Хоррору.

Лицо хэда чуть исказилось, словно от боли, и он закончил:

– Ты сам увидишь, какая у неё подвижность и реакция. И мозги. Мать у неё сильная и мужественная. И отец, судя по всему, герой.

***

– Ра!

Хэд позвал её негромко. Она услышала потому, что ждала. Подошла. Старый изменённый рассматривал её. Она его. Хмыкнул, как бульдог пастью клацнул, небрежно бросил ей длинную палку. И так же небрежно бросил:

– Выруби меня.

Ра не была дурой. Она покрутила головой и уточнила правила:

– Какие удары разрешены?

– Любые!- беспечно ответил старик...

И тут же получил довольно сильный удар в пах. Упал на колени, сцепил зубы посильнее, чтобы не застонать, не замычать. Мерзавка!.. И не скажешь же ничего! Сам разрешил, старый дурак!

Парни его с ужасом смотрели на своего учителя. Да он голову снимет с них за то, что они видели его позор!

Берг посмотрел на "мерзавку". Девчонка была спокойна. Совершенно спокойна, со всеми этими её лентами в волосах.

Поднялся. Буркнул снова:

– Давай ещё!

Девочка спокойно перехватила шест:

– Куда бить?

Берг фыркнул:

– Только не туда!

И тут же получил удар в шею. Прямиком в кадык. Отбил, конечно. Ждал удар. Потребовал:

– Ещё!

Она деловито уточнила:

– Куда?

– Куда хочешь, кроме тех мест, куда уже била!

И он получил удары в висок, в лицо, в солнечное сплетение, по рёбрам, по коленям, по стопам и кистям рук.

Берг позвал мелочь ближе, спросил негромко и заинтересованно:

– Почему била в эти места?

Девочка посмотрела на него нежным цветочком:

– Выбрала самые уязвимые места человеческого тела.

Берг хмыкнул, скосился на Атарика. Тот едва заметно лыбился. Прав его бывший ученик! Эта девочка справится. Более чем! И старик сдался:

– Я Берг. Можно звать учителем. Занятия каждое утро. Приходи раньше, чем сегодня. И без этих лент.

Девочка поджала губы. Пискляво ответила:

– Не выйдет. Мама меня из дома без этих лент не выпускает.

Берг ощутил сочувствие. Бедная женщина! Оказаться в их мире после "той" жизни, наверное, ад! Атарик отвёл глаза. Старик ответил так спокойно, будто вопрос был только в лентах, а не в диком ужасе, который испытывала та мать за своего ребёнка:

– Ладно. Только без бантов. Заматывайте так, чтобы тебя сложно было ухватить за волосы. Парни, видишь, коротко стригутся.

Девочка глянула на него и улыбнулась нежной незабудкой:

– Меня никто не ухватит.

Как показало время, девчонка оказалась права. Она была юркой, быстрой, как ящерица. Парни так и прозвали её "ящеркой". Как ящерица сбрасывает хвост и вырывается от хищников, так и эта мелочь выворачивалась из их захватов, выскальзывала из них.

Реакцию имела замечательную и будто бы просчитывала действия противников. А, может быть, и просчитывала! Кто там знает, что творилось в этой голове с лентами? И как пошло развитие человечества за те четыреста лет, что они гниют тут, в этом радиоактивном Лесу?

Выносливости и силы, конечно, не хватало. Но мелкота тренировалась с таким остервенением, что Берг начал её уважать. Ведь после занятий у неё ещё день в Лесу с рюкзаком за спиной. Тоже такая себе тренировка на выносливость.

Парни тоже оценили девочку. Не сразу, конечно. Сначала смотрели на неё с презрением. Но и со страхом. Тот удар по "самому дорогому" их учителю они не забудут. Хоть слово дали молчать. И молчали. Восхитительная сплетня так и не родилась. За это девочку тоже зауважали. Не "баба", значит, болтливая и глупая.