– Ты что, плохо слушала, когда пряталась в моей спальне вчера?

– Ты слышал?

Хэд язвительно ответил:

– Ты топала, как слон. И фыркала, как лошадь, когда мы говорили что-то неприятное для тебя. Только не изменённый мог пропустить такое!

Перси пропела:

– Фыркала это когда? Когда вы торговались за меня, как за ту самую лошадь?..

Атарик молчал. Она тоже. Хэд не выдержал первым:

– И всё? А где истерика?

Она хмыкнула:

– А смысл?

Потянулась и накрыла лапу хэда своей небольшой ладонью:

– Брось трястись, Рик! Я всё понимаю!

– Что?

Хэд накрыл её ладонь своей, в мимолётной ласке. И тут же отпустил. Перси усмехнулась, как он недавно:

– Что такое слова, Рик? Мы прячемся за ними. Поступки говорят по-настоящему. А ты отпустил меня к Хоррору.

Хэд кивнул. Они понимают друг друга. Это хорошо!.. Нахмурился:

– Тебе придётся много тренироваться. "Сынок" своей езданиной привлёк к тебе внимание.

Перси кивнула, соглашаясь:

– Поездка на ярмарку весной будет сложной для нас.

Остаток зимы так и прошёл: под знаком подготовки к ярмарке. Напряжённо.

И отправляясь в путь, когда дороги подсохли, старшее поколение посёлка глядело хмуро. Только молодёжь веселилась. Они предвкушали встречи с друзьями и не ощущали, как тучи сгустились над обитателями Горячего.

***

В Основном всё шло по накатанной. К вечеру первого дня там, мужчины проводили Мел и Перси к нёрс посёлка и быстро убрались. Почему?.. Да потому, что там уже караулила младшая помощница Клэр.

Атарик сжал плечо дочери в молчаливой поддержке, когда помогал снять тяжеленный рюкзак. Это всё, что он мог себе позволить. Скупо попрощавшись, мужчины Горячего ушли.

Рита, не таясь, рассматривала молодую нёрс. Усмехнулась:

– Ты выросла.

Девушка кивнула и пошла к столу. Все пятеро уселись и принялись за ужин. Кусок не шёл в горло Перси, но она мужественно делала вид, что дела ей нет до бестактных разглядываний и комментариев Риты. А та не отставала:

– Уверена, ты привлечёшь внимание!..

Понятно, кого она имеет ввиду. Ра отложила вилку, прямо посмотрела на молодую вертихвостку. И почти по слогам произнесла:

– Я не намерена искать для себя мужчину.

Рита приторно-ласково захихикала. Эдакая "милая" гиена:

– Кир не мужчина, в том смысле, что ты имеешь ввиду. Он пользуется нами, но не связывает себя ни с кем.

Перси снова взялась за вилку. Что возразишь на очевидное? А доказывать: нет, я не такая, никто мной пользоваться не будет, глупо... Молодую нёрс раздражало, что малявка совершенно не реагирует на её шпильки и угрозы. И она добавила:

– Сын Кира такой же. Играет женщинами и меняет их регулярно.

Перси даже плечами не пожала. Это тоже очевидно. Он сам признавал свою "полигамность". Этого она тоже не скажет сплетнице.

А сплетница оказалась и не сплетницей вовсе, а настоящей змеёй. Уходя, она посоветовала:

– Приготовься. И держи свой норов при себе. Кир не любит непокорных... Он их убивает...

Рассмеялась мерзко и ушла.

Старые нёрс, за всё это время не вымолвившие ни слова, зашевелились. Марша пробормотала:

– Он действительно убивает женщин, этот маньяк. Регулярно. Иногда Алекс успевает забрать "себе", разозлившую его девушку. Не всегда успевает...

Клэр оборвала:

– Что ты несёшь, Марша?! Дело не в том, кто и что успевает! Упырю нужна кровь. Раз в несколько месяцев. Или, когда случается "серьёзная неудача". И всё. Всё!

Перевела взгляд на свою юную подругу:

– Он говорит о тебе. Кир. Это и не удивительно. Его всегда привлекали девушки сына. А ты, судя по всему, сильно зацепила "наследника".

Перси передёрнула плечами и пошла назад, за стол:

– Я собираюсь остаться одна, как каждая из вас.

Клэр принесла свою знаменитую настойку. Разлила её:

– Только выглядишь ты не так, как мы. И нам повезло. Когда мы были молоды, наши хэды были адекватными и не развлекались изнасилованиями, и убийствами.

Выпили. Перси наконец-то попробовала это чудо, что так удивительно пахло Лесом. И вкус был хорош. Она задумчиво смаковала напиток. Нёрс тоже молчали. Мел выглядела откровенно убитой: