– Эми, – мягко окликает Лео. – Ты знаешь, кто он такой?

– В каком смысле?

Лео сжимает ладонь на моем плече. Я изумляюсь смене его тона. Почему он не в гневе?

– Я рассказывал тебе про сестру, – шепчет адвокат на ухо. – Помнишь?

Я озадаченно киваю. При чем здесь Ева?

– А ты… помнишь мою сестру? – с металлом в голосе спрашивает Лео, глядя в лицо Виктора.

Тот молчит. Делает глоток виски. И молчит. Совсем на него не похоже.

– Конечно, помнит, – шипит Глеб. – Этого я ему забыть не дам!

– Много ты знаешь, – с сарказмом вздыхает Виктор.

– Я знаю, кто есть кто, – тихо, но грозно выдает снежный граф. – Кто с детства был и остается гнидой и скотом, а кто отвечает за свои поступки.

– Да что происходит? – паникую я, вскакивая с места.

– Этот человек…

– Дерьма кусок, – перебивает Глеб и замолкает, когда Лео жестом велит ему заткнуться.

– Он был другом парня, который изнасиловал мою малолетнюю сестру, – заканчивает Шакал. – Более того, он прикрыл его жопу, отрицая факт изнасилования. Не без твоих показаний ту сволочь отпустили. Верно, Виктор?

Лео пронзает Шестирко взглядом.

Виктор же смотрит на меня, встает и делает шаг в мою сторону, а я – шаг назад.

– Эмилия, все сложнее, чем ты думаешь, – выдает он.

Я стою, не в силах поверить в то, что услышала.

– Она убила себя, – рявкает Глеб. – В том числе из-за тебя!

Лео вновь преграждает беловолосому дорогу. Тот явно готов кинуться на Виктора. А я спешу удрать.

От них всех!

И Лео, и Виктор окликают меня, когда я скрываюсь в толпе, но мне плевать.

Надо убраться как можно дальше отсюда. Из этой страны! Планеты!

Никому.

Нельзя.

Доверять…

Морозный воздух царапает кожу.

Я зябко веду плечами, шагая по замерзшему тротуару. Тонкий лед хрустит под каблуками сапог. Мысли ворочаются. Слишком ядовитые и грузные, чтобы осилить их и сделать выводы о том, во что я вляпалась. Ни Лео, ни Виктору нельзя доверять. Оба мерзавцы. Лгуны! Аморальные личности! Для одного я – развлечение. Для другого – инструмент.

Слепая идиотка. Вот кто я.

На глаза наворачиваются слезы, и я усиленно дышу ртом, запрещая им уродовать мне макияж. Хватит рыданий! Хнычу, как ребенок. Пора взяться за голову. И начнем с вопроса: куда меня, гребаный случай, несет среди ночи?!

Останавливаюсь, мозгую, в какую дыру города лучше заколотиться. Сворачиваю в сторону дендрария. Нормальных заведений в парке нет, но есть место, где тепло и хорошо думается, а у меня страсть сколько всяких идиотских мыслей, которые надо переварить, к тому же в сердце дендрария есть немые пухленькие собеседники.

Я в короткой бежевой куртке. Ноги голые. Капроновые колготки – бесполезный предмет гардероба, греют только в мечтах. Кутаясь плотнее, направляюсь к купольному сооружению, где находится теплый пруд с японскими карпами.

К удивлению, из посетителей лишь я – любительница шататься по темным улицам в мороз, – хотя обычно здесь народу, как на концерте Майкла Джексона. Видимо, не в девять вечера. И не когда город завален снегом.

Круглый пруд окружен рядами мраморных ступеней, точно в Колизее, на островке растет древовидная камелия. Я спускаюсь. Сажусь на нижнюю ступень у воды. Сквозь стеклянные панели в крыше сочится тусклый лунный свет, ласкает дерево. У пруда тоже есть голубоватая подсветка. Разноцветные пухлые рыбы размером с кошку медленно кружат из угла в угол.

Расстегиваю куртку. Для карпов поддерживается температура около двадцати градусов, и я начинаю отмерзать.

– Ты быстро бегаешь, – бархатный низкий голос позади. – Тебе это говорили?

Поднимаю голову. Лео стоит надо мной, опираясь о колени, и я вижу в его глазах свое отражение: маленькая фигурка с растрепанными волосами.

Адвокат смотрит мрачно и внимательно. От его взгляда мне откровенно не по себе. По спине мурашки мчатся! Затем Шакал садится рядом, и я ощущаю его запах: свежий, лесной и морозный, будто еловая роща. Чувствую, как внутри дрожит режущая струна. Она натягивается до скрипа, когда Лео рядом, особенно с тех пор, как я узнала, кто он на самом деле, и понятия не имею, что от этого человека ждать!

Не мигая и не двигаясь, Лео упирается взглядом в пруд с рыбами. Со значением о чем-то размышляет. А когда Лео сидит с таким вот флегматичным выражением лица, это любого доведет до панической атаки.

Я рдею, вспоминая поцелуй с Виктором. Лео обязательно спросит об этом. И черт…

Сестра.

Школа.

Прошлое.

Дело хуже, чем я ожидала!

– Ты шел за мной? – спрашиваю, заглядывая в мерцающие малахитовые глаза, хоть адвокат на меня и не смотрит.

Каштановые волосы мужчины поблескивают в лунном свете.