– Знаешь, что самое страшное в регулярном насилии? Жертва не понимает, что происходящее с ней ненормально, она слаба и не способна рассуждать трезво. Ты другая, к счастью. Ты сильная. И… я хотел сказать… извини, что накинулся в университете. Я был в ярости. Ты исчезла. А потом сказала, что была у какого-то друга. И я сорвался. Это были не минутные пошлые желания, это была злость. Разрушительная злость. Но если я снова попытаюсь склонить тебя к тому, чего ты не хочешь, то лучше ударь меня чем-нибудь тяжелым.

– Зачем?

– Потому что мне хочется быть другим.

– Типа хорошим?

– Типа… – Я слегка теряюсь. – Правда. То, как я себя повел… мерзко. Прости меня.

– Я подумаю…

Он улыбается и поднимается на ноги со мной на руках.

– Эй, куда мы?

Вцепляюсь в его шею.

– К машине. Дендрарий через пятнадцать минут закрывается.

Он выносит меня на улицу и опускает.

– Как тебе судья, у которого теперь работаешь? – спрашивает, беря меня за руку и ведя следом.

– Это ты попросил, да? Чтобы он взял меня помощницей, да еще и платил.

– Возможно.

– Спасибо.

– Спасибо? – смеется Лео и стискивает мою ладонь. – Ты правда сказала это слово? Неожиданный поворот. У тебя же язык к нёбу прирастает, когда надо поблагодарить.

Я отмахиваюсь, и Шакал ехидно подмигивает. Мы выходим к дороге. Лео открывает дверь автомобиля. Я стою, обнимая свои плечи. Медлю, шаркаю пяткой по асфальту, и Лео закрывает дверь, сжимает ладони на моих предплечьях.

– О чем думаешь?

– Девять лет назад в университете жестоко убили девушку. Это был ты?

– Успела познакомиться с моим учителем?

– Лео, ответь. Ответь честно. Я должна знать. Я никому не скажу, да и кто мне поверит? Я полностью в твоей власти. Скажи правду.

– Нет, Эми. Я девушку не убивал.

На лице Лео мелькает эмоция, которую я не могу разгадать.

– А того парня… насильника Евы…

Мы смотрим в упор друг на друга.

– Его убил я.

Я закрываю глаза.

Делаю шаг назад.

Лео притягивает меня обратно.

– Не задавай вопросов, на которые не хочешь знать ответы.

– Я хочу.

– Не хочешь. Воспитание заставляет их задавать, но слышать ответы ты не хочешь, потому что они противоречат твоим моральным принципам. Но… она моя сестра. Я сделал то, что должен был. И ради тебя сделаю то же самое, если придется.

– Я не знаю, что сказать.

– Значит, слова лишние.

Лео дотрагивается большим пальцем до моего рта. Проводит вниз до подбородка. И вмиг – его руки рывком вминают меня в мужское тело, а губы накрывают мои, раздвигая. Я чувствую горячий язык, вторгающийся в рот. В поцелуе Лео чередуются то нежность, то грубость, кажется, что в его разуме борются несколько личностей. Мой приглушенный стон заводит мужчину сильнее.

Твердые ладони стискивают бедра столь яростно, будто Лео сейчас затолкнет меня в машину и сделает все, что собирался вытворить в университете. Пальцы адвоката гладят мою поясницу, погружаются в волосы на затылке – он накручивает пряди на кулак, заставляет меня откинуть голову, отрывается от губ и обжигает страстным поцелуем шею. Мое тело молниеносно реагирует. Внизу живота болезненно тянет. От возбуждения кружится голова.

Этот мужчина точно знает, к каким точкам нужно прикоснуться, где задеть языком, прикусить, чтобы у меня подкашивались колени, и он проделывает это со мной – каждый раз!

Я вцепляюсь в плечи Лео. Он зажимает зубами мочку моего уха, облизывает, спускается дорожкой поцелуев к выемке между ключицами. Я вздрагиваю от контраста горячих губ на коже и морозного воздуха. Прижимаюсь к широкой груди мужчины – и на секунду не желая расставаться с исходящим от него теплом! – обнимаю Лео с таким рвением, словно без него воздух становится непригодным для дыхания.

Из сладкой патоки нас выдергивает гудок автомобиля.

Лео невнятно рычит под нос проклятия.

Рядом останавливается черный «Гелендваген». Опускается темное стекло, и оттуда выглядывает женщина. Блондинка в лисьей шубе. На вид даме около сорока лет, а ее глаза… невероятно похожи на глаза Лео. Зеленые. И форма точь-в-точь, миндальная.

– Вы же окочуритесь, – без церемоний заявляет она суровым голосом.

– Как ты нас нашла? – изумляется Лео, не выпуская меня из объятий.

– Глеб сказал, что ты здесь, – вздергивает она брови. – Давайте в машину. Почему ты просто не пригласил свою девушку ко мне на ужин?

Я ошарашенно молчу. Женщина оценивающе исследует меня, будто прикидывает, гожусь ли я в гладиаторы.

– Она боится незнакомцев, – усмехается Лео. – Пугливая.

Я оскорбленно перевожу на адвоката глаза. Потом на женщину. На мой недоверчивый взгляд она поясняет: