— Ничего особенного, просто постоите, пока я с вас буду порчу снимать, минут пять максимум, — уточнил характер своего будущего действа адепт темных сил.

— Тогда, может, место во дворе, за отхожим местом сгодится? За ним там забор, чтобы что-то увидеть надо специально за уборную заглядывать.

— Годится. Пошли тогда, пока Зубатый в участке не нарисовался.

Всего с сослуживцев удалось снять четыре единицы порчи. Да плюс те две единицы, которые накануне с самого Андрея снял его инфернальный миньон (с самого себя порчу снимать было крайне неудобно). Зато получившаяся задержка с очисткой от проклятия позволила понять, на что оно было направлено. За ночь темная дымка на телах сослуживцев уже вполне отчетливо сконцентрировалась в нижней части живота. Андрей даже пожалел на минутку, что той старухе всего одной единичкой порчи отдарился. За подобный удар по самому дорогому, что есть у мужчины, этой противной старушенции запросто можно было бы и ноги переломать. Ну, или, по крайней мере, сеанс непрекращающейся икоты сделать не на полдюжины часов, а на пару-тройку суток, чтобы, как следует, прочувствовала, как она была неправа.

Как и предсказывал Рябов, ликвидация проклятия много времени не заняла, порчу выкачал, после чего они, все втроем, в очередной раз получили от пришедшего после утренней планерки у полицмейстера участкового пристава задачу, полностью аналогичную вчерашней: патрулировать район Болота, своим бравым видом мешая тамошним обитателям безобразничать всяческие непорядки.

Впрочем, какое-то отличие в поведении двух городовых, по сравнению со вчерашним, все же имело место быть. Нечто трудноуловимое, какая-то недосказанность повисла, стоило им выйти на улицу за пределы их участка. Андрей даже не сразу понял, что же такое царапает его восприятие, пока внезапно не дошло: ответы его собеседников в разговоре регулярно подтормаживают, словно их мысли во время вроде как непринужденной беседы заняты чем-то совершенно посторонним, чем-то, о чем они не решаются заговорить прямо.

С такими вот, подвисающими от невысказанных мыслей спутниками Рябов прошагал по улицам с полчаса, если не больше, пока вдруг не вспомнил о еще одном не выполненном со вчерашнего дня намерении:

— Карп, а тут, по ходу нашего патрулирования, есть какая-нибудь оружейная лавка? — Спросил он у одного из своих спутников. — А то с этим вчерашним нападением обезьянов все мысли о покупке револьвера из головы вылетели.

— Оружейная лавка? Да есть. Лавка Морозова. Только предупреждаю, что ассортимент у него не такой хороший, как в центре, в лавке Винеров. — Полицейский, переключившись на тему, которую знал очень хорошо, даже разулыбался.

— Но револьверы то у него в продаже найдутся? К примеру, такие же, как у вас?

— Этого добра в любой оружейной лавке навалом, — речь молодого мужчины, получившего благоприятную тему для разговора, ускорилась, утратив так напрягавшее Рябова подтормаживание. — У Морозова даже и новомодные самозарядные пистолеты в продаже отыщутся. Просто у него в принципе меньше фирм-поставщиков выставлено.

В оружейную лавку дошли дворами. Хоть у патрулировавших городовых улицы не было никакого особого резона торопиться, видно было, что и Карп загорелся неожиданным желанием ее посетить. Дверь в искомую лавку оказалась не заперта. Правда, когда в ее помещение ввалилось разом трое в полицейских мундирах, у потенциальных покупателей, которые в этот момент присутствовали в торговом зале, случилось что-то вроде легкой паники. Один даже судорожным движением полез было к себе за пазуху, но вовремя одумался. После чего, хоть и понял, что это не за ним полицейские пришли все же постарался побыстрее покинуть это помещение. Да и другие двое покупателей, по-быстрому свернув разговоры, поспешили восвояси.

— Чего вам, уважаемые, — почти не скрывая раздражения от разогнанных покупателей, вопросил приказчик, стоявший за конторкой прилавка.

— Моему товарищу нужен хороший револьвер, — объявил Карп, взявший на себя за Андрея начало переговоров с продавцом.

— Револьверы все вон в том шкафу, — указал бородатый мужчина в картузе, не делая даже попытки выйти из-за своей конторки для консультации пришедших к нему потенциальных покупателей.

— Вот, смотри, твое благородие, этот Вэбли нумер два, точь в точь, как у нас с Иваном, взял на себя функцию ленящегося продавца Карп, но если ты не слишком стеснен в деньгах, лучше бери Смит-и-Вессон за 32 рубля. Плюс еще сотня патронов за 8 рублей, соответственно, все вместе тебе встанет в сорок рубликов.

— А где тут самозарядные пистолеты? — Андрей вспомнил прочитанные в газетах хорошие отзывы об этих новинках и решил рассмотреть еще и их.

— А это в соседнем шкафу, — Карп, похоже, не хуже продавца знал, где и что тут выставлено. — Ух ты, а почему на Браунинги нынче цена такая низкая?

— Рекламная акция от бельгийской фирмы Fabrique Nationale d’Armes de Guerre, — обиженный торговец все же соизволил ответить на прямо поставленный вопрос. — Только до конца месяца цена на пистолеты этой фирмы всего восемнадцать рублей, пятьдесят копеек.

— Эх, у нас жалованье только пятого числа! — Картинно огорчился Карп, настолько картинно, что Рябов сильно усомнился, что при наличии револьвера его спутник, при всей своей любви к оружию, всерьез рассматривает еще и покупку дополнительного Браунинга. — Бери, Андрей, судя по описаниям, очень удобная машинка.

Рекомендованный товарищем пистолет Андрей купил. К нему еще сотню патронов за пять рублей, что тоже было дешевле продаваемых здесь патронов к револьверам, и, для ровного счета, щегольскую кобуру из рыжей кожи за рубль с полтиной. Но в совокупности это вышли вовсе не все оставленные в этой лавке деньги. Внезапно в мозгу парня возник голос его невидимого спутника:

— Ух ты, двустволка Джефри четыреста четыре! — Бог его знает, откуда молодой черт начитался рекламы про эти крупнокалиберные ружья, но вот, несмотря на высокую цену, загорелся он эту штуку купить. Пары минут не прошло, дверь в лавку распахнулась, внутрь не вошел, а чуть ли не вбежал даже, щегольски одетый молодой человек в цилиндре.

— Мне вот это замечательное ружье, — почти пропел он, схода начиная отсчитывать розовые двадцатипятирублевые купюры. — С таким я на арене с антимагией даже полноценного разрушителя снесу с копыт, — мысленно проинформировал он своего хозяина о причинах столь срочной покупки.