— Я уверена, что кардинал бы не стал приказывать тебе… — Осторожно начала Афелия.

— Отныне ему и не потребуется, — отрезала Мираэль, указывая на плащаницу. — Теперь я — его личный защитник, сестра. Сам Бог-Император связал наши судьбы, и я подчинюсь.

Старшая воительница на мгновение растерялась, после чего коснулась забрала подчиненной.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, Мираэль… Но ты не должна позволять чувству вины отвлекать тебя от твоего долга перед орденом.

Похоже, девушке не очень понравились последние слова палатины, из-за чего она схватила её запястье и пренебрежительно отбросила от своего лица.

— Его преосвященство даровал мне милость и прощение, сестра. Пока наша прецептория находится на Валон-Урре, на меня возложена обязанность защищать его преосвященство, — произнеся это, юная воительница удалилась, вливаясь в свиту кардинала, готовящуюся покинуть аллею.

Всё это время Афелия молча стояла у могил, глядя вслед своей подчинённой, будто в надежде, что та сейчас вернется. Но его преосвященство ушёл, а вместе с ним и все остальные, оставляя воительницу слушать воющий над склепами ветер.

— О каком прощении она говорила? — Спросил я, оказываясь рядом.

— Кардинал Анку сказал мне, что после пробуждения Мираэль очень сильно переживала из-за того, что не смогла защитить его, — воительница повернулась ко мне с укоризной в глазах. — Но вообще, инквизитор, вам не стоило подслушивать.

— Профессиональная деформация, сестра. Прошу прощения, — моя рука осторожно коснулась её бронированного плеча. — Я думаю, нам стоит вернуться в Собор, чтобы немного отдохнуть.

— Мне казалось, что все имена уже проверены. Что вы намереваетесь делать теперь?

Это был хороший вопрос, и Себастьян, кажется, дал мне на него хороший ответ.

— Арбитры обнаружили ещё два следа, которые нам не с кем сопоставить, так что я подозреваю, что в святилище существует тайный проход.

— Но ведь судьи всё исследовали… — Начала было Афелия и тут же поникла, столкнувшись с моим взглядом.

— К сожалению, сестра, вы сами требовали осторожного сканирования. Высока вероятность, что духи машин оказались слепы из-за наших собственных желаний, — дипломатично произнес я. — Теперь вы понимаете, насколько необходимо провести тщательный осмотр?

Некоторое время мы шли в молчании, пока воительница наконец не вздохнула:

— Хорошо, Хальвинд. Я даю разрешение, но только с условием, что осмотр вы произведете при мне.

— Разумеется…

***

Вернувшись в Собор, я связался с Себастьяном. Дознаватель ожидал меня у флаера, с наслаждением потягивая ароматный кофеин.

— Ну как всё прошло? — Первое, о чём он спросил, заводя двигатель. — Раз слухов о поимке убийцы нет, значит, и сегодня сопоставление ничего не дало?

— Да, — я мрачно кивнул, доставая из кармана информационный планшет. — Все эти люди кто угодно, но не убийцы… С другой стороны, это позволило реализовать твой план, Себастьян.

— Палатина согласилась предоставить нам планы Собора? — В голосе юноши звучала надежда.

— Не совсем так. Она позволила нам внимательнее просканировать святилище.

Дознаватель резко повернулся в мою сторону, на мгновение отвлекаясь от управления транспортом.

— Уже что-то…

Мы покинули окрестности соборного города, когда вновь начала бушевать метель, застилая всё перед лобовым стеклом. Корпус транспортника вновь затрясло, а когитатор разразился предупреждающими сигналами.

Наконец-то вернувшись в апартаменты, мы снова столкнулись с Икаром, который с неподдельным удовольствием воспринял просьбу почистить наши плащи.

Прежде чем отправиться спать, мы с Себастьяном решили обменяться добытой информацией, собравшись за столом в его комнате.

— А что насчет моей просьбы? — Напомнил я, откидываясь на мягкую спинку кресла. — Ты опросил слуг?

— Опросил, — стащив с себя сутану, дознаватель оказался в облегающем маскировочном комбинезоне. Из сумки на поясе он достал свой собственный инфопланшет. — Вот, взгляни.

Примерно десять минут я бегло изучал показания каждого из десяти слуг, всё сильнее хмурясь. Либо я был недостаточно внимателен из-за усталости, либо изначально заблуждался в своих подозрениях.

— Они что, все сервиторы?

Себастьян хохотнул, вежливо отбирая у меня устройство.

— Ты тоже заметил, да? Но нет, это люди. Этот ваш архивариус, похоже… крайне требовательная персона.

Я лишь кивнул, вспоминая слова Афениана Гвинке о своих подчинённых. Этот старый сукин сын был тем ещё тираном.