– Да не знаю я, – раздраженно отмахнулся купец. – Не особо интересовался, как тут у них все устроено, это до сегодняшнего дня было не так уж и важно. Да и сам я тут в первый раз, всё что говорю – от других узнал. Мне главное было, что нет таможни, и по границе можно дойти до Причала, а там спуститься к Торговому заливу по реке, в устье которой и стоит Корпугар.

– А там проверять товар не будут?

– Там – нет. Ни в Причале, ни в вольном городе. Лишь плата по весу груза.

– Интересные там места… Что за Житница, про которую Гвидо говорил?

– А это и есть та большая деревня в дне пути отсюда. Кто ж знал, что там местный владетель сидит. Она чуть в стороне расположена, в паре лиг от дороги. Я планировал туда послать помощника, чтобы он там лошадей свежих взял, провизии закупил. Но теперь нам туда путь закрыт. Ну и бездна с ним, главное прорваться до Причала, 3 дня пути, и мы там, ну может 4, за лошадей переживаю только, как бы не сдохли.

Я ненадолго призадумался. Теперь картина стала более понятной. Гвидо был рукой владетеля в пограничных землях. Ведь не мог же местный лорд отправлять в спорные земли свою дружину, а вот всякий сброд под руководством одного доверенного лица – запросто. Разбой и «крышевание» наверняка чинили люди Гвидо, сам же владетель в дела не лез, но за всем приглядывал. Понять бы ещё откуда у этого засранца артефакт… Кромвель на одном из уроков упоминал о таких вещичках, и не забыл сказать, что заплатить за них придется очень высокую цену, от 20 золотых и выше, в зависимости от того, насколько емкий был камушек и насколько искусный маг взялся за работу. Даже у баронского сынка Клевера, которому я располосовал шею в финальном сражении за Северные баронства, никакой магической защиты не было. Да что говорить, даже тот маячок, что на время достался мне от ученика Лавлиена, стоил с десяток золотых монет. Я даже с улыбкой вспомнил, как чуть было не продал его за пару медяков как бесполезный хлам. И даже такой камушек работал всего 2-3 года, после чего его силовые линии нужно было обновлять и вновь напитывать силой, а значит, снова тратить свои монеты. Защитный же амулет и вовсе требует постоянного «сервиса», сам он не зарядится, а Гвидо явно магом не был. Ну да черт с ним, сейчас важно другое, и над этим стоит подумать в первую очередь.

Купцу же я пока не стал озвучивать свои идеи, а вместо этого рекомендовал на ночь перебраться в дом. Охранять весь периметр ограды мы все равно не сможем.

– Тогда и груз нужно в дом занести, – ничуть не смущаясь, заявил Квильком.

– Как скажешь, – устало вздохнув, ответил я.

Переговорив с Квилькомом, я отдал распоряжение, чтобы ящики затащили в дом. Основной из них размерами был где-то полтора метра в длину и по метру в ширину и высоту. Весил при этом под 200 килограмм, а может и больше. Поэтому над его транспортировкой работали почти все и потратили целый час.

Несмотря на наличие кроватей, по которым мы так соскучились, переночевать решили на первом этаже на кухне и в прилегающей к ней кладовой. Лучше всем держаться вместе и иметь возможность отступления через заднюю дверь, чем быть убитыми на мягких матрасах. Тут же на кухне нашлись припасы, которые мы употребили по назначению. Один хрен, за еду-то мы заплатили.

Ночь прошла на удивление тихо, ни в одну из дежуривших смен не случилось ничего подозрительного. В итоге нам даже удалось хоть немного отдохнуть. А на утро мы снова принялись за работу, ведь этот проклятый ящик теперь нужно было погрузить обратно!

Пока обоз готовился выступать я решил вернуться к нашему вчерашнему разговору с Квилькомом.

– Ну что, осенила тебя какая мудрая мысль за ночь?

– Честно говоря, нет, – Квильком как-то обреченно покачал головой. – Но может оно и обойдётся, а? Мы же не знаем, добрался этот ублюдок до места или нет, и сколько правды было в его словах. Может мы зря переживаем, а нужно просто двигаться дальше. Через пару дней мы уже будем вне досягаемости для местного владетеля, а другим откровенно всё равно, что происходит у соседей, лишь бы не касалось их лично.

– Если что-то может пойти не так, оно обязательно пойдёт не так, – не согласился я. – Я в своей работе стараюсь исходить из этого принципа. И тебе, купец, советую делать также. Но как скажешь, погрузку мы почти закончили и можем выдвигаться в путь.

В ответ он лишь кивнул. Но когда увидел, как Горунар и Хорки ведут под руки девушку, которая пока сама передвигалась с трудом, с удивлением и неодобрением уставился на меня.

– Отправится с нами, – стараясь говорить, как можно уверенней ответил я на его взгляд. – Её нужно доставить до Житницы. К тому же это наш единственный свидетель.

Видно было, что купец не в восторге от такой идеи, но он промолчал.

Девушка пришла в себя минувшей ночью, дежуривший в это время Хорки постарался успокоить её и даже намекнул, что поруганная девичья честь была отомщена в полной мере. Но та всё равно просидела всю ночь, обхватив коленки и вздрагивая, словно ожидая, что сейчас все начнётся по новой, ведь наша компания давно немытых и вооруженных мужиков не походила на благородных рыцарей в сияющих доспехах. К утру, увидев, что мы грузим телегу и собираемся выдвигаться дальше, она немного успокоилась и всё-таки попросилась с нами до ближайшей деревни.

Перед тем, как вывести телегу за ворота, я подозвал к себе братьев.

– Кто из вас лучше управляется с лошадью?

Шуст и Пруст посмотрели друг на друга и хором ответили:

– Я!

– Поня-я-тно, – протянул я. – Тогда отправится Пруст. Возьмёшь последнюю лошадь из стойла. Колтун говорит, что кобыла с виду резвая должна быть. Как дойдём до перекрестка, скачи к имперскому гарнизону, это 3 лиги на север. Доложишь местному капитану стражи, или кто там будет за него, что наш обоз двигался по дороге и во встреченном на пути постоялом дворе обнаружил следы побоища и 19 трупов бандитской наружности. Видимо, не поделили что-то и порубили друг друга в капусту. В живых мы нашли лишь замученную девушку. И подчеркни, что мы оставили всё как есть и ничего не брали. Ясно?