Ближе к вечеру мы пересекли границу Виргинии. У нас кончился бензин на краю Национального леса имени Джорджа Вашингтона, и это меня вполне устраивало.

Талия не стала меня расспрашивать. Я перекинул рюкзак через плечо, припарковал машину у ограждения и обошел машину с пассажирской стороны. Открыл дверь и протянул ей руку. Глаза Талии изучали мое лицо. На щеке у нее появился синяк. Она посмотрела на меня с доверием и удивлением, потом взяла меня за руку и выскользнула из машины.

Мы углубились в лес. Талия никогда не сбивалась с шага и не отставала от меня, несмотря на дикую местность. Здесь, в дикой природе, она чувствовала себя так же хорошо, как и я. В конце концов, именно в лесу я ее и нашел. Моя собственная магия взывала ко мне в открытую, и я чувствовал, что ее магия тоже. Возможно, у оборотней и ведьм было больше общего, чем я когда-либо позволял себе думать.

Мы шли два часа, почти не разговаривая друг с другом. Я позволил инстинкту вести меня. Я не планировал, наше путешествие, но вскоре нашел небольшую пещеру, расположенную рядом с скрытым озером. Прекрасно.

– Давай разобьем лагерь здесь, - сказал я.

Она положила руку на бедро и оглядела горизонт. Талия подставила подбородок ветру и закрыла глаза, глубоко вдохнув. Хотя она не отставала от меня весь день, ее плечи опустились с облегчением от обещанного отдыха. Тем не менее, морщинки беспокойства показались на ее лице, и она сосредоточила свой взгляд на какой-то далекой точке. Я поднял нос, но не почувствовал ничего, с чем не мог бы справиться.

– В чем дело? Они идут?

Скоро мне придется задавать ей вопросы о силе ковена. Я понятия не имел, насколько быстро они могли выследить ее и оставалась ли Талия с ними связана.

Она резко открыла глаза. Талия уставилась на меня.

– Пока нет. Но они придут.

Я положил руку ей на плечо и подцепил пальцем подбородок.

– Никто не причинит тебе вреда, пока я с тобой. Клянусь своей жизнью.

Ее зеленые глаза заблестели. Дневного света было достаточно, чтобы я мог ясно разглядеть ее черты. Моя экзотическая красотка. Она протянула руку и коснулась моей щеки.

– Хотела бы я обещать тебе то же самое… Медведь.

Я улыбнулся.

– Да ладно тебе. Ты, должно быть, умираешь с голоду. Я разведу костер и поймаю тебе рыбу.

Талия отстранилась от меня.

– Как насчет того, чтобы просто поймать рыбу? Огонь - моя специальность, помнишь?

Она обошла меня и направилась к ближайшей к озеру поляне. Талия собрала несколько маленьких веточек, потерла руки и бросила искру в кучу растопки, которую сама же и приготовила.

– Неплохо, - сказал я, впечатленный.

Она махнула рукой в сторону озера. Теперь была моя очередь произвести на нее впечатление. Я вытащил из рюкзака веревку и шест. Через несколько минут я поймал горсть окуней. К тому времени, как я вернулся к костру, Талия уже нашла маленькую железную сковородку в моем рюкзаке. Она взяла у меня улов и быстро взялась за филейный нож. И снова я стоял, улыбаясь, впечатленный ею. Мы ели в неловком молчании, Талия сидела, скрестив ноги, по другую сторону костра.

Наконец, я не смог сдержать вопрос, терзающий мой разум.

– Как долго? Сколько?

Талия попятилась. Слезы наполнили ее глаза, и она подтянула колени, обхватив их перед собой.

– Не знаю, сколько, - ответила она.
– По крайней мере, надеюсь, не весь ковен. Тоби… это тот парень, который меня ударил. У него была фотография, где мы вместе. Наверное, он уже всем ее показал. Мой отец будет в отчаянии.

Я опустил голову.

– Черт.

– Вот именно.

Я подошел к ней и сел рядом. Мне хотелось обнять ее и притянуть к себе. Я хотел отогнать все, что причиняло ей боль, но знал, что это невозможно.

– Почему ты ушел тогда?
– спросила она.
– Тот телефонный звонок, который ты сделал в хижине. Случилось что-то плохое. Что именно?

Я с трудом сглотнул и стал бороться с этими двумя противоположными частями себя. У меня было два желания - защитить клан любой ценой и Талию тоже. Так или иначе, мне нужно найти способ сделать и то, и другое. Но я собирался попросить ее рассказать мне о своем ковене то, что ее люди могли бы счесть предательством. В свою очередь, я должен был сделать то же самое для нее.

– Мой отец, - наконец сказал я.
– Он заболел той болезнью, о которой я тебе рассказывал. Все стало намного хуже.

– И ты действительно веришь, что ведьма сделала это с твоим народом?

Что-то мелькнуло в ее глазах. Я сразу почувствовал, что она что-то от меня скрывает. Я переместил свой вес и отодвинулся от нее.

– Ты действительно веришь, что это невозможно?

Я видел, что в ее сердце идет та же война. Она тоже хотела защитить свой народ. Она прикусила нижнюю губу и вздохнула.