— Завистников много. Та же Метелькина. Как она тебя к себе заманила?

— Не помню, — подрываюсь на ноги, вожу пальцами по волосам. — Вся суть в том, что не помню ничего после того, как вышел в коридор.

Блядь!

Стою и пялюсь в окно. Как так могло получиться?!

— Смотри, — нажимает на паузу, — это ведь тот хрен, с которым Анька разговаривала?

Наклоняюсь. Да, тот самый мужик, который кого-то там вроде как искал. Прищуриваюсь.

— Это он к себе возвращается?

— Погоди, — Игорь проматывает дальше.

Точно. Через полчаса он выходит со спортивной сумкой и сдает ключ от номера.

— Что собираешься делать, Яр?

— Найти Метель и выжать из нее все, что только можно. И этого, — показываю на экран, — достать.

— Аню спрашивал про ночь? Она все помнит?

Отрицательно качаю головой. Выяснять подробности секса с другим у любимой девушки? Проще сразу в петлю залезть или сердце себе вырвать.

— Узнай, Богульский. Если и у нее такая же внезапная амнезия, то тогда точно можно разносить к ебеням эту контору.

Киваю. Вроде чуток отпускает. Но мне все так же хреново.

Я превращаюсь в сталкера. Сторожу подъезд тещеньки, но уже не показываясь открыто. Хочется увидеть Аню, спросить, как она. Что помнит? Что чувствует? И есть ли что-то ко мне? Не могли же мы за один присест снести базовые настройки нашей семьи?! А у нас семья! Я в этом не сомневаюсь. На автомате кручу на пальце обручальное кольцо. Кажется, что оно обжигает кожу. Единственный проводник с моей птичкой вот-вот исчезнет. Крепче сжимаю кольцо. Нет! Я докопаюсь до правды любыми путями. Встречаться с Метелькиной нет желания, но выбора не остается. Мне нужно восстановить хронологию событий. Только эта зараза не берёт трубку. Вчера пытался до неё дозвониться и сегодня с утра. Игнорирует, и этот факт наводит на печальные мысли. Не просто так Ленка появилась у нас в квартире. Хотя сомневаюсь, что у неё хватило бы ума на многоходовочку. Она ведь напилась. Или правдоподобно играла?

Блядь!

От догадок и размышлений начинает болеть голова. Я тру лицо руками, откидываюсь на спинку сиденья и вырубаюсь на несколько минут.

Аня из дома не выходит. Зинаида Марковна охраняет её, как цербер, и точно не пустит меня на порог своего дома. С трудом заставляю себя уехать. По дороге на работу набираю Стаса. Думаю, пришло время перекинуться с ним несколькими фразами о бывшей. Друг отвечает сразу. Договариваемся встретиться на обеде вне стен шиномонтажки. С ремонтом тачек не клеится…

Инструменты выскальзывают из пальцев, громко падают на пол. Я матерюсь, психую и не могу сконцентрироваться на деле. Отец, конечно, замечает это.

— Что случилось, Ярослав?

— Ничего, — прохожу мимо, чтобы помыть руки.

Разговаривать о том, что произошло, не хочу. Не знаю, как объяснять родителям свой косяк. Пусть пока побудут в неведении.

— Ладно. Когда созреешь, поговорим, — хлопает меня по плечу и возвращается к Volvo.

Скриплю зубами. Даже если излить отцу душу, то чем он поможет? Сотрет мне память? Так от нее итак крохи остались. И сколько бы я не пытался воскресить гребаные кадры измены, никак не получается!

Помывшись и переодевшись, иду к Астапову. Он в солнцезащитных очках подпирает задницей капот своей машины. Красуется. Может, раньше я бы усмехнулся, а сейчас достаю вейп и прижимаю свой зад рядом с ним. Затягиваюсь. Никотин спасает больше, чем фруктовые стики. Но перед батей светиться с пачкой сигарет не хочется. Не маленький, мог бы, только потерять ещё и уважение в глазах родителя будет вышкой боли.

— Так, — Стас моментально становится серьёзным, снимает очки и вздыхает, наверняка понимая масштаб пиздеца, — рассказывай.

— Где Метель?

Удивлённо вскидывает брови.

— Тебе зачем?

Сомневаюсь, что стоит рассказывать подробности, но…

— Я с ней в номере проснулся на базе, — вдыхаю ядовитые пары глубже, чувствуя себя мудаком, который залез на девушку друга, пусть и бывшую. — Нихрена не помню. Как там оказался. Было у нас что-то или нет.

Стас молчит, глядя перед собой. Это не облегчает мне задачу. У меня стойкое ощущение, что внутренности начинают гнить со скоростью света. Я, блядь, разлагаюсь! И ничего не могу с этим поделать!

— Мне её найти нужно. И не только её.

— Вот почему Анька такая потерянная с утра была, — хмыкает Астапов. — Бортанул свою птичку, — скашивает на меня изучающий взгляд, — а говорил, что любовь у вас невзъебенная.

— Так и есть, — скриплю зубами, сжимая вейп до хруста костей. — Она ещё у нас на квартире пыталась мне в трусы залезь. Я осадил её. Думал, что поняла.

— Ленка? Поняла? — Астапов забирает из моей руки вейп и сам втягивает в себя дым. — Там ума с горошину. Одни примитивные желания. Не удивил.