— Сейчас здесь два охранника, — шепчет Сиенна. И я тоже вижу двух вооружённых мужчин, патрулирующих задний двор.

— Видимо, Стил решил усилить меры безопасности.

Сиенна хмурится, и, естественно, мой взгляд останавливается на её губах. Встряхиваю головой, чтобы прояснить мысли. Она проводит руками по земле, собирая несколько камешков. Один даёт мне.

— Как думаешь, сможешь попасть вон в тот бак?

Прослеживаю направление её указательного пальца. Там, в метрах двадцати от нас, стоит пластиковый бак для воды. Увидев расстояние, я чуть было не обиделся на её вопрос.

— Да почти наверняка.

— Отлично, тогда на счёт «три» ты кидаешь камень.

— Понял.

— Раз… два… три!

Я выпускаю камень и смотрю, как он рассекает воздух и врезается в бак с пружинящим звуком. Секундой позже раздаётся стук поменьше, потише, словно камешек попал в стену. Охранники останавливаются, переглядываются. Один молча указывает в направлении бака. Они разделяются: один идёт в одну сторону, а второй — в другую. Наш путь свободен, если только они не обернутся.

Мы с Сиенной бежим ко входу — к железной двери без ручки. Честно говоря, я никогда не пользовался этим входом, так что понятия не имею, чего ждать. Но Сиенна ведёт себя так уверенно, будто она у себя дома.

— Так, Чез, мы на месте.

Мгновение спустя Чез отвечает:

— Вход открыт.

И в замке слышится щелчок.

Как только мы оказываемся внутри, Сиенна кладёт ладонь мне на грудь, останавливая. Мои мышцы невольно напрягаются под её рукой. Она вскидывает бровь, уголок губ дёргается вверх.

— Прости, — шёпотом произношу я.

Едва сдерживая смех, она достаёт из рюкзака детскую присыпку.

— Напомни, пожалуйста, почему Чез держит дома детскую присыпку? — удивляюсь я.

На этот раз у неё всё-таки вырывается смешок.

— Вроде бы помогает при раздражении кожи.

Она бросает горсть на пол перед собой. Поначалу до меня не доходит, какого чёрта она делает, но затем я замечаю очертания невидимых лазерных лучей.

— Так вот зачем тебе нужна была эта присыпка.

Она улыбается и кивает, но не отвечает. Возможно, мне тоже стоит заткнуться. Сиенна закрывает глаза, делает глубокий вдох. А когда вновь их открывает, на её лице написана решимость, какой я ещё не видел.

— Подержи, пожалуйста, — говорит она, протягивая мне свой рюкзак.

Закидываю на плечо, пока Сиенна несколько раз приподнимается на носочках. Она разминается. Разминается.

Она уже собирается шагнуть вперёд, к лазерам, но я хватаю её за руку. Она останавливается и оборачивается, удивлённая.

— Пожалуйста, будь осторожна, — шепчу я.

Черты её лица смягчаются. Она встаёт на цыпочки, чтобы поцеловать меня в щёку.

— Я справлюсь, — говорит она мне в ухо.

Я понимаю, что она выбрала другого, но я не могу выключить свои чувства. Я хочу прикасаться к ней, обнимать. Мои руки живут своей жизнью: они убирают выпавшую прядку за ушко и ласково проводят по щеке.

— Я всё равно переживаю за тебя.

— С тобой и Треем я удивлена, что меня ещё не заперли в мягкой палате, — дразнит она. Но тут же принимает серьёзный вид. — Я справлюсь. Правда. Просто позволь мне сделать то, что у меня хорошо получается.

С этими словами она отворачивается, поставив точку в разговоре.

Отступаю назад, чтобы дать ей больше пространства для манёвра. Она перескакивает первые два луча. Следующие она проходит, двигаясь как гимнастка: наклоняясь, разворачиваясь, изгибаясь. Почти касается пола спиной, пролезая в самом сложном месте. Её движения легки и изящны, я смотрю на неё как загипнотизированный. Понятия не имел, что её тело способно так двигаться.

Когда она добирается до противоположной стороны, она одаривает меня торжествующей улыбкой и бросается к панели управления на стене.

— Итак, Чез, как отключить лазеры?

Голос Чеза раздаётся и в моём наушнике тоже. Он инструктирует её: надо отрезать синий провод, не задев красный и чёрный. Через пару секунд лазеры и исчезают, и Сиенна закрывает панель управления.

— Путь свободен, — объявляет она.

Я спокойно прохожу к ней. Перед нами лестница.

— На каком этаже? — спрашивает меня Сиенна.

— На третьем.

Мы бежим по лестнице, перескакивая ступеньки. На третьем этаже я тяну дверь на себя, открывая, и проверяю коридор. Здесь не должно быть никого, максимум один или два ночных охранника, совершающих очередной обход, но мало ли.