Старик и молодой дайвер пытались высвободиться, глядя на Роба, который вышел из-за носа сарфера, держа в каждой руке по жезлу. Он собирался сказать, что не желает им ничего плохого, но тут кто-то выпрыгнул из-под песка за его спиной. Прежде чем Роб успел повернуться, ему нанесли удар по затылку. Ноги онемели, он рухнул на бок, и его окутала тьма. Затем его поглотил песок, унося прочь.

– Роб! – крикнул Коннер.

Брат только что был рядом, а теперь его не стало. В мгновение ока сгустилась тьма. Коннер колотил по стене из грубого пескамня, та рухнула, появилась снова, а минуту спустя снова рухнула, на этот раз окончательно. Но брата не было. Коннер обошел сарфер, зовя Роба.

Из-под песка появился Пелтон.

– Ничего не вижу, – сообщил он, поднимая маску.

– Не мог же он просто исчезнуть, – сказала Глоралай.

– Этот парнишка на многое способен, – заметил Коннер.

– Да брось, ты же не думаешь, что это его рук дело?

– Именно так я и думаю. Кто еще это мог быть? Он держал свою чертову палку, а ты сама видела, что он творит с ее помощью. Если это был не он, как он сбежал отсюда? Клянусь, он с самого начала считал, что от тех людей не стоит ждать ничего плохого. Он просто хотел, чтобы мы подвезли его поближе и он смог бы тайком забрать те дурацкие ботинки.

– Роб говорил, что они в трех километрах к северу отсюда, – сказал Нэт, перекладывая лагерное снаряжение на батут. – Так что мы знаем, куда он двинулся.

– Если только он не врал, – возразил Коннер. – Я бы не верил ни единому его слову.

– Это все, что у нас есть. Пелт, поднимай паруса. Ребята, помогите мне с остальным снаряжением. Отправляемся.

Коннеру не понравился предложенный план, но ему было нечего предложить. Он с самого начала знал, что эта экспедиция – кошмарная затея.

Роб проснулся в постели под теплым одеялом, но вместо подушки под головой лежал камень. С трудом соображая, он потянулся к камню, чтобы убрать его, и едва не лишился чувств от пульсирующей боли в голове. Оказалось, это все-таки подушка, а не камень, и голова болит внутри, а не снаружи.

Он попытался сесть, но перед глазами все поплыло. Всю обстановку маленького помещения составляла койка посреди четырех стен вроде той, на которой он спал в мастерской Грэхема. Но это явно не была мастерская Грэхема. Роб попытался вспомнить, где он. В Данваре? Нет, к северу от него. Поняв, что оголовье все еще у него на лбу, он потянулся к нему рукой, чтобы поправить, но обнаружил, что это всего лишь бинты.

Роб снова сел, на этот раз двигаясь медленнее. Сквозь щель в двери сочился свет. Пошарив в поисках засова, он открыл дверь.

От ударившего в глаза света голова заболела сильнее, и Роб прикрыл глаза рукой. За стеной что-то происходило. В соседней комнате была уже знакомая ему женщина с дредами – из компании дайверов, забравших его ботинки. Как давно это случилось? Уже неделю назад.

– Шана? – пробормотал он, вспомнив, как ее зовут.

– Вот видишь, я же говорила, что он будет жить. Я лишь слегка стукнула его.

Рядом с ней за столом сидел молодой парень – Рук. К его предплечью был пристегнут большой нож.

– Где я? – спросил Роб.

– Обычный дурацкий вопрос, – сказала Шана. – Почему-то каждому хочется знать, где он. Так вот, мы увозим тебя с собой, пока твои друзья тебя не нашли. Ты в моем караване. Меня заставили взять тебя, поскольку это я врезала тебе по башке. Хорошая благодарность за то, что я спасаю их задницы.

Роб спрыгнул с койки и оперся о стену. За окном виднелись дюны, которые быстро проносились мимо, перемещаясь с места на место, будто весь мир сошел с ума. Он не сразу сообразил, что движутся вовсе не дюны, а комната.

– Куда мы едем?

– Хватит задавать дурацкие вопросы, и выпей воды. Помнишь моего напарника?

– Угу, помню. Рук. Вы с ним украли мои ботинки.

– Мы забрали то, что принадлежало нам, – сказал Рук.

– Пей, – велела Шана.

Роб увидел, как она насыпает в кружку с водой какой-то порошок и размешивает пальцем.

– Нет, спасибо, – ответил он.

Она облизала палец:

– Это не яд. Голова будет меньше болеть. Прости, что я тебе врезала. Не поняла, что ты всего лишь мальчишка. Увидела, что ты творишь с моими друзьями, и решила, будто ты хочешь утопить их в песке. – (Роб взял кружку, понюхал содержимое и сделал глоток.) – Пей до дна. Даю слово, ты еще скажешь мне спасибо.

Он выпил и поставил кружку.

– И что дальше? – спросил он.

– Будь я главной, тебя оставили бы там и мы бы сейчас не разговаривали. Но начальство встревожилось – вдруг ты помрешь? А там мы не можем за тобой ухаживать. Теперь, когда ты наконец очухался, мы высадим тебя на каком-нибудь зеленом островке и поможем развести костер. Будем надеяться, что твои друзья сообразят, что к чему, увидев дым. Если нет – что ж, значит, не повезло.

– А будь я главным, – сказал Рук, – мы бы высадили тебя прямо здесь, раз уж ты не помер.