— Взаимно. Чай, кофе или чего покрепче?

— Увы и ах, только чай, исключительно чай.

Я налила Роману чай и оставила их наедине. Им наверняка есть что обсудить, чего моим ушам слышать не обязательно. Так было заведено при отце, не думаю, что с Шахмановым может быть иначе. Если будет что то важное или интересное, я все равно узнаю.

«Семейные ценности то единственное, что жизнь не смогла из меня вытравить. Только в кругу семьи ты обретаешь себя.» (с) Денис Шахманов.

Я не помню в какой именно момент в нашем доме начал появляться Шахманов. Он всегда воспринимался как данность, с самого детства. Раньше, если он появлялся у нас, мы сразу собирали вещи и временно перебирались в загородный дом. Я испытывала к нему странные чувства, страх и защищенность одновременно. Интересный коктейль. С одной стороны, видя его, сердце пропускало удар, потому что его появление не означало ничего хорошего. Эдакий предвестник апокалипсиса для моей детской психики. С другой стороны, когда что то случалось, решал проблемы тоже он.

Особенно отпечатался в памяти один переломный момент, знаменовавший, как ни странно, успех отца. И чуть не стоивший ему жизни. Одним зимним вечером, незадолго до нового года, отец вернулся с работы пораньше, чтобы провести со мной время, отпустил почти всю охрану отдохнуть. Я приготовила ему сюрприз, нарисовала елку с разноцветными бусами и большой желтой звездой на макушке. Как сейчас помню этот рисунок. Даже если захочу забыть, вряд ли получится. Пока папа пошел что то забрать из машины, я приготовила рисунок, репетировала стишок, чтобы все было красиво и торжественно. Но его все не было и не было, я вышла посмотреть куда он запропастился. Нашла папу на улице с пробитой головой. Пыталась его разбудить, но он не реагировал. Лежал бледный, кровь растеклась по снегу и вокруг тишина мертвая.

Я была маленькая, но уже тогда знала как нужно поступать в таких ситуациях. Папа позаботился. Рядом с домашним телефоном, на стене, висел номер Шахманова, по которому нужно было позвонить, если «стало страшно».

Позвонила.

Помню, что он приехал очень быстро, громко орал и строил охранников, держа меня под мышкой. А я знала, что раз он тут, то все будет хорошо, он же обещал. Папа тогда неделю провел в больнице, а Шахманов жил у нас. Всю неделю он заставлял меня выучить его номер телефона наизусть и с тех пор никогда его не менял. Но то ощущение, что я могу потерять отца, крепко засело у меня в голове. Возможно поэтому свою жизнь я и связала с медициной, чтобы быть в состоянии помочь если похожая ситуация повторится.

Он присутствовал в каждом запоминающемся событии моей жизни на протяжении долгого времени, желала я того или нет. Я знала, что это опасный человек, и подсознательно старалась держать дистанцию, особенно когда стала старше.

Но я никогда не задумывалась о том, каково было ему. Все избегали разговоров о его прошлом, а спрашивать что то лично я бы не рискнула. Даже сейчас.

Только однажды отец обмолвился про то, как он познакомился с Шахмановым.

Папа всегда помогал детским домам, одному особенно. Не знаю почему. Там он бывал чаще, общался с детьми, его все знали. Там он однажды и увидел Шахманова. Сын его погибших друзей, который должен был учиться в частном пансионе за границей, на попечении тетки, нашелся в детском доме, истощенный, со свежим шрамом на пол лица и ненавистью ко всем людям во взгляде. В тот же день отец забрал его оттуда.

Таким злым папу я не видела никогда. Он рвал и метал.

Это все, что я знаю.

Вот и сейчас, находиться в эпицентре розового безобразия под названием «моя комната», в шахмановском доме, как то странно. Нервно и спокойно одновременно. Нервирует в основном сам Шахманов. Из мыслей меня вырвает телефонный звонок.

— Как ты там у меня, дорогой мой человек? — слышу родной голос Маши и падаю звездой на кровать.

— Иногда мне кажется, что я схожу с ума. То дико злюсь, то наступает какое то смирение, безразличие, и так по нескольку раз на дню. — жалуюсь, рассматривая идеально белый потолок.

— Эмоциональные качели они такие. Качались, знаем. Иди обниму.

— Обними. Ты когда возвращаешься? — обычно мы на долго не расставались, поэтому очень непривычно что я не могу сесть в машину и приехать к подруге.

— Рейс перенесли из за погоды, у нас тут кошмар какой то. Вылетаю на ближайшем, но, боюсь на свадьбу я не успею. — расстроенно вздыхает Маша. — Как обычно все через одно место.

— «Победитель» однажды- «победитель» всегда. — иронично вспоминаю наш девиз. — Ничего страшного, мою настоящую свадьбу ты точно не пропустишь. А на этот театр абсурда я и сама бы с радостью не ходила. Интересно, они заметят мое отсутствие?

— Да ты что, нет конечно. Свадьба без невесты будничная ситуация, сам справится. Он же великий и могучий.

Мы одновременно смеемся. Почему рядом с ней все сложные и безвыходные ситуации кажутся простыми и поддающимися решению?

Машка, ты мой свет.

После нашего разговора настроение поднялось, даже аппетит проснулся. И правда, что я себя накручиваю. Как поженимся, так и разведемся. Он всегда занят, я тоже, в идеале мы можем даже не пересекаться дома. Пару вечеров в месяц, официальные встречи, я как нибудь переживу. А потом развод и свобода.