Внезапно он наклонился ко мне и двумя пальцами взял за подбородок, заставив задрать голову и смотреть ему в лицо. Его брови были чуть приподняты, а во взгляде читалось желание немедленно вытрясти из меня всё, что можно.

Я же только старалась не упасть до того, чтобы начать умолять и доказывать, что я ни при чём. Понимала: не поверит. Он никому не верит.

— Вы хотите от меня того, чего я не знаю, — выдохнула я и попыталась отодвинуться. Уйти в зону комфорта. Я не любила, когда меня вот так трогали.

Не вышло.

Ледовский всё смотрел на меня, как дьявол, пытающийся решить, нужна ли ему душа очередной грешницы, а потом нахмурился и отпустил.

— Доброй ночи, Елизавета! И подумайте над тем, что я вам сказал. Хорошенько подумайте!

Ледовский казался расслабленным и ухмылялся немного устало, словно слышал оправдания, подобные моим, много раз. И всегда это были лишь жалкие попытки уйти от правды.

А потом повернулся и пошёл обратно, а я осталась сидеть на скамейке и смотреть ему вослед. Идти следом я не собиралась, вернусь в дом чуть позже. Вероятно, за мной пришлют охрану.

А завтра… подумаю, что делать. Буду твёрдо стоять на своём, другого выхода всё равно нет.

Или буду искать иной выход.

И вскоре я поняла, что рассудила верно. За мной пришли.

— Сейчас холодно, барышня. Вернитесь в дом, — этот хриплый и до крайности неприятный голос застал меня врасплох.

Я обернулась, хотя была уже на полпути к центру этого удивительного сада, похожего на лес вокруг заколдованного замка.

Хотела посмотреть его в одиночестве, пока представилась возможность.

Не то чтобы я всерьёз решила сбежать, но понять границы владений Ледовского не помешало бы. На всякий случай.

— Хорошо, я просто заблудилась, — ответила я с улыбкой. Горничная, приставленная за мной следить, кивнула, а по настороженным светлым глазам её было заметно, что не поверила.

Я и не собиралась никого убеждать в чистоте помыслов и намерений. Молча пошла за ней в дом и поднялась в комнату.

— Как вас зовут? — спросила я раньше, чем она заперла дверь.

Горничная поколебалась, словно не знала, стоит ли представляться, но потом ответила так, как люди, оказывающие одолжение:

— Варвара.

Именно это имя я и хотела услышать.

— Дмитрий Максимович сказал, что я могу обращаться к вам, когда мне что-нибудь понадобится, — бросила я с улыбкой и как бы между прочим. — И что на время моего пребывания здесь, вы будете моей личной горничной.

Она и бровью не повела, так и стояла, схватившись за ручку двери с той стороны, чтобы при первом удобном случае скорее закрыть меня на ключ и пойти по своим делам.

— Что вам угодно?

Вопрос был задан таким тоном, словно я посмела обращаться к барыне с холопской просьбой. Однако я решила не конфликтовать, но быть достаточно настойчивой, чтобы она поняла: легче выполнить мою просьбу, чем отказать.

Я, ведь, могу и нажаловаться хозяину.

А он, должно быть, из тех людей, которые привыкли к полному подчинению.

— Для начала… — тут я сделала паузу, словно обдумывала, чего бы попросить. Мне нравилось выводить эту молчаливую даму из себя, тем более что она не могла нагрубить мне напрямую. — Так, книга о лисах, я напишу автора, это учебник по ветеринарии, и Дюма «Граф Монте-Кристо».

Стоило высказать пожелания, как я заметила, что горничная становится пунцовой. Наверное, подумала, что я над ней издеваюсь, но лишь поджала губы и, буркнув что-то под нос, захлопнула дверь. Разумеется, не забыв повернуть ключ в замке.

На самом деле, и мысли о шутке в моей голове не было. Книга в лисах, которую я запросила, считалась раритетным изданием, достать которое считалось большой удачей.

А удача в заточении мне не помешает. И в стационаре в Москве у меня остался лисёнок. Я честно не представляла, как его лечить.

Как собаку, не годилось. Капельницы не помогали. Вот и воспользовалась случаем.

Конечно, Егорыч — ветеринар опытный, как он говорил сам про себя «ещё коровам успел хвосты покрутить», справится. Но на будущее такие знания не помешают.

И было ещё одно: Ледовский назвал меня «Алисой», мне показалось, что это знак свыше. Надо почитать о лисицах. Лиса Алиса — ассоциация ещё родом из детской сказки.

А Дюма? Мне тоже показалось это забавным и романтичным. История о мужественном заключённом неприступного замка Иф, который смог не только сбежать, но и сделать себе состояние, а потом искусно отомстить обидчикам, казалась хорошей сказкой в моём положении. Гораздо лучшей, чем репортажи о неопознанных трупах в «Дорожном патруле».