Он, не отрываясь, смотрит на меня, поднося палец к губам и слизывая крем. Его тёмно-синие глаза пронзают меня насквозь.

Он флиртует со мной?

Опредёленно флиртует.

Вытащив большой палец изо рта, Грант встаёт со своего места и начинает медленно выходить из-за стола.

Я должна сказать что-нибудь…

— Мистер Грант, … я имею в виду, Грант, — кричу я ему вслед, но, когда он оборачивается, я внезапно чувствую себя полной идиоткой.

Что, если это ничего не значило, и я всё себе придумала?

— Вода в бассейне тёплая? — Я изо всех сил пытаюсь придумать, о чём бы его спросить.

— Идеальная. Мне нравится пользоваться бассейном круглый год, и я слежу за тем, чтобы в нём всегда была комфортная температура.

— Может быть, если вы двое закончите пораньше, вы сможете поплавать вместе со мной? — Слова неожиданно срываются с моих губ, и я наблюдаю, как странная улыбка расплывается по лицу Гранта.

— Не сегодня, но я бы с большим удовольствием поплавал с тобой.

После этих слов, он уходит, и я доедаю свой завтрак, сидя в полном одиночестве. Сполоснув тарелку и положив её в посудомоечную машину, я отправляюсь наверх, чтобы надеть купальник.

Гаррисон ещё не остыл, когда я вхожу в нашу комнату. Я протягиваю руку, чтобы погладить его по плечу, но он отстраняется от меня.

— Всё в порядке? — Спрашиваю я.

— Не сейчас, — рычит он, срываясь с места и уходя в ванную.

Хорошо, но ты не сможешь испортить мне день.

Покопавшись в чемодане, я достаю купальник и бросаю его на кровать, а затем раздеваюсь. Я заканчиваю завязывать верхнюю часть бикини на шее, когда Гаррисон выходит из ванной. Выражение безмятежности на лице Гаррисона мгновенно исчезает, как только его взгляд скользит по моему телу.

— Ты, блядь, не наденешь этот купальник. — Его голос наполнен гневом, которого я никогда раньше от него не слышала.

— Во-первых, ты не запрещал его носить, когда мы ездили в Ки-Уэст пару недель назад. Во-вторых, он единственный, который я взяла с собой. — Я делаю паузу, чтобы повязать парео вокруг талии. — И, в-третьих, можешь пойти нахер, если ты хоть на секунду подумал, что можешь указывать мне, что я могу носить, а что нет.

Прежде чем он успевает сказать хоть слово, я хватаю наушники и телефон, и выбегаю из комнаты.

Что, чёрт возьми, на него нашло?

Останавливаясь, чтобы взять бутылку воды из холодильника, я направляюсь к бассейну. Этот задний двор похож на оазис. Такой уединённый и безмятежный. Если бы я была здесь одна, я бы не отказалась позагорать топлес, чтобы загар лёг ровно. Пока эта мысль проносится у меня в голове, я поднимаю взгляд и вижу Гранта, стоящего, как я предполагаю, у окна своего офиса.

Он наблюдает за мной?

Гаррисон подходит к большому окну, и я практически чувствую искрящееся напряжение между ними.

Я тянусь к узлу на своём парео и чувствую на себе пристальный взгляд Гаррисона, пока мои пальцы развязывают его. Я встречаюсь с ним взглядом через окно и смотрю ему прямо в глаза, продолжая развязывать узел. Демонстративно откинув парео в сторону, я показываю ему средний палец, а затем надеваю наушники и устраиваюсь поудобнее в одном из шезлонгов.

«Paramore» ревёт в моих наушниках, когда я закрываю глаза. Я отчаянно пытаюсь отвлечься и не думать о Гаррисоне или Гранте. О том, как сильно они оба выводят меня из себя, причём каждый делает это по своему.

ГЛАВА 8

ГРАНТ

— Она великолепна. — Говорю я вошедшему в комнату Гаррисону, не отрывая взгляда от прекрасных изгибов тела Эбигейл. Её длинные волосы собраны в небрежный пучок. Чёрное бикини и прозрачная белая накидка, повязанная вокруг талии, украшают её стройную фигуру. Сквозь накидку виднеется очертание её задницы, которую едва прикрывает нижняя часть купальника. Когда она поворачивается лицом, я могу разглядеть слабые очертания тугих сосков, выпирающих из тонкой ткани.

Может, мне стоило согласиться поплавать вместе с ней?

Гаррисон подходит к окну и тяжело вздыхает, стоит ему заметить, как пристально я наблюдаю за ней.

— Мне нужно поговорить с тобой о ней. — Его голос звучит неуверенно.

Понимая, что мы оба наблюдаем за ней, Эбби не сводит глаз с Гаррисона, пока медленно развязывает накидку на талии. Позволив ей упасть на землю, она отбрасывает её в сторону, а затем отводит взгляд от нас обоих.

— Она такая, как ты говорил. Даже больше. — Я отхожу от окна и направляюсь к креслу за своим столом. — Она потрясающая. Умная. Смешная. И, очевидно, не считает, что ей нужно мириться с твоим дерьмом. Что ты вообще сделал, чтобы так её разозлить?