Гаррисон просто потрясающий в постели.

Но я никогда не была такой возбуждённой для него.

— Генри Кавилл? — Застенчиво лгу я, пожимая плечами.

Ладно, ладно, твой отец.

— Скажи мне. — Его язык нежно облизывает мою киску. — Скажи мне, что он делал, раз ты такая мокрая?

— Он стоял так близко ко мне, что мы практически соприкасались телами. — Гаррисон начинает лизать мою киску и я задыхаюсь. — Его пальцы скользнули по моему подбородку, слегка сжимая мою челюсть.

Двигая бёдрами, я пытаюсь направить язык Гаррисона туда, куда мне нужно. Место, где мне это необходимо.

— Его губы прижались к моим. Настолько мягкие, что я почти не чувствовала их. — Его язык слегка касается моего клитора, и какое-то время я сопротивляюсь. — Мне было недостаточно, и я засунула язык ему в рот, пока он нёс меня к кровати.

Язык Гаррисона жадно лижет мне между бёдер, но каждый раз промахиваясь мимо цели, и это непроизвольно начинает меня раздражать.

— Забравшись на кровать, он устраивается между моими бёдрами. — Я запускаю пальцы в волосы Гаррисона. Крепко сжав их в кулаке, я удерживаю его на месте, прижимаясь клитором к его горячему языку.

Ад…

Лицо моего жениха у меня между ног, и я в нескольких секундах от того, чтобы кончить, а он, сам того не подозревая, слушает, как я рассказываю ему о моих фантазиях о его отце.

Я буду гореть в аду…

— Чёрт, — стону я, задыхаясь, сильнее прижимаясь бёдрами к его лицу.

Закрыв глаза, я представляю себе волосы цвета соли и перца между пальцами. Как Грант пожирает мою киску, прежде чем скользнуть внутрь меня.

— Лёжа сверху, он целовал и посасывал мою грудь. — Я изо всех сил пытаюсь чётко выговорить каждое слово, приближаясь к оргазму. — Засовывая каждый дюйм своего массивного…

Мои бёдра дрожат, прижавшись к лицу Гаррисона, когда оргазм пронзает моё тело. Удерживая его на месте, я продолжаю извиваться, практически умоляя его заставить меня кончить снова.

— Чёрт, Ангел, — рычит Гаррисон, когда я отпускаю его волосы. Когда он поднимается с кровати, всё его лицо покрыто следами моего возбуждения. — Что на тебя нашло?

Твой отец…

— Я весь в твоих соках, и я чертовски твёрдый. — Его рука поглаживает выпуклость на штанах. — И у меня совсем нет времени это исправить.

— Ты закончил? — Раздаётся осторожный стук в дверь и из-за неё доносится голос Гранта.

— Она да, — шепчет Гаррисон с ухмылкой, поднимаясь с пола между моих бёдер, а следом кричит. — Я спущусь через минуту. Мне просто нужно сменить рубашку.

— Чёрт, — я затыкаю рот рукой, — ты думаешь, он меня слышал?

ГЛАВА 6

ГРАНТ

Я стою у двери гостевой спальни и с силой держусь за дверную ручку. Каждой клеткой своего тела, я хочу быть на месте Гаррисона. Дать Эбигейл то, в чём она, очевидно, так отчаянно нуждается.

Отпустив дверную ручку, я провожу ладонью по затвердевшему члену, пытаясь успокоить свою эрекцию. Невозможность вставить в неё свой член только усиливает моё разочарование этим утром.

Я не спал всю ночь, разбираясь с ситуацией, о которой Эдмунд сообщил мне вчера вечером. Не выходя из домашнего офиса, я долго изучал цифровые файлы полицейского управления бухты Аделаиды и я нашёл женщину из «Ржавого якоря». Она двадцатишестилетняя официантка, живущая в дерьмовом трейлере в сомнительном районе города, и насколько я понял, она не имеет никакого отношения к Аделаиде. Она живёт с пятилетним сыном, но я не смог найти никакой информации об отце этого ребёнка. Если бы не ребёнок, я бы легко решил эту проблему.

— Возьми сумку. — Говорю я Гаррисону, когда вижу, как он спускается вниз. Он кряхтит, поднимая спортивную сумку, а я выхожу через парадную дверь и направляюсь к машине, ожидающей нас у подножия лестницы.

— Куда мы едем? — Спрашивает Гаррисон, забираясь на пассажирское сиденье.

— Решить проблему. — Я завожу машину и начинаю свой путь через весь город. Мы едем молча, его глаза устремлены в окно на ту часть города, которую он, вероятно, никогда раньше не видел.

Съезжая по гравийной дороге, я останавливаюсь перед ржавым трейлером, который, вероятно, не пригоден для жилья уже лет так десять. Гаррисон поворачивается ко мне и в его глазах плещется любопытство, когда я паркую машину рядом с трейлером.

— Возьмите сумку. Позвони в дверь и скажи ей следующее: «В «Якоре» ничего не произошло. Ты унаследовала немного денег и собираешься начать новую жизнь далеко отсюда с Тайлером». — Инструктирую я его. — Не называй своего имени и не облажайся.

Он тяжело сглатывает и кивает, прежде чем забрать сумку с заднего сиденья. Я наблюдаю, как он осторожно поднимается по шатким ступенькам к входной двери. Дверь открывает симпатичная, но очень худая брюнетка и нерешительно забирает у Гаррисона сумку. Поставив её у своих ног, она наклоняется, чтобы расстегнуть молнию, и вытаскивает одну из толстых пачек стодолларовых купюр, связанных резинкой. Она нервно качает головой, прежде чем затащить сумку внутрь и закрыть дверь.