– Линка!
– Герман ожидаемо первый приходит в себя. С невероятной скоростью подлетает ко мне, практически выбивает стул подо мной и поднимает на руки. Для него я, как пушинка. Он сначала меня долго кружит, и только потом ставит на пол.

– Лин, сестренка! Ты… Засранка ты!
– узнаю Германа по его привычкам. И хотя голос у него сильно изменился, это все тот же мой брат. Самый добрый, самый отзывчивый. Тот, который без лишних вопросов бросится к тебе на помощь.

С другой стороны я чувствую другие объятия. Антон. Теперь оба брата крепко прижимают к себе. Если бы они были не парнями, точно бы, как и мы пару часов назад, залили полы своими слезами.

Но как бы они держались, бешеный стук их сердец выдает их волнение.

– Сестра.
– голос Антона стал совсем неузнаваемым.
– Мы так тебя искали, так соскучились. Больше никогда не позволим тебе исчезнуть. Теперь мы только вместе. Пришло время возродить нашу империю. Лина, сестренка… Слава Богу!

Антон целует макушку и придерживает за плечи. Рядом с ними нет никакого страха, только чувство защищенности. Теперь это не те мальчишки. Сейчас это мужественные парни, готовые перегрызть любого за свою семью.

Это читается во взгляде Германа. Достаточно только посмотреть в его глаза и все уже понятно. Я и раньше уже видела похожий взгляд. Только у других братьев. Семья. Вот, что самое ценное и главное для нас.

Но и больнее тебе никогда никто не сделает, чем самый близкий и родной человек. А еще я точно знаю, они не будут спрашивать, где я была и с кем. Но даже нет ни малейших сомнений, что если бы Олег был бы жив и они узнали, что я у него против своей воли, и Антон, и Герман вступили бы с ним в настоящую войну, ни на жизнь, а на смерть.

Мой отец больше любил договариваться, решать все мирно. В братьях чувствуется немного другое. Нет, они никогда не пойдут по головам и не сделают больно невиновным. Но если обстоятельства будут требовать, они нарушат закон и будут действовать совсем другими методами.

Живя с Олегом, я и сама стала подмечать в людях разные черты характера. То, что долгое время было скрыто от моих глаз.

– Мальчики, не задушите сестру!
– смеется тетя.
– Лина еще даже с Эрикой не поздоровалась. Но братья и не думают разжимать свои объятия. Зато Эрика полностью переключила свое внимание на Есю.

Девочки очень быстро нашли общий язык, и уже через полчаса их и близко с нами не было. Я видела, как Герман сжимал кулаки, как Антон поджимал губы. Естественно, у них было много вопросов.

В ту легенду, что я сбежала и счастливо жила все годы не пойми где, никто из них не верил. Чем больше я с ними общалась, тем сильнее понимала, что обмануть их просто нереально. Мне кажется, они меня сканером уже изучили и знают все подробности моей жизни последних лет.

По намекам тети они, не хотя, но оставляют нас одних.

– Я смотрю на Есю, Лин.
– начинает она первая разговор.
– И не хочу видеть Лику. Хотя сходство поразительное. Но к счастью Лика была копией Леши, и в Есе я хочу видеть только своего брата.

И если тебе интересно, я не верю в ее смерть в виде несчастного случая. Также, как и не верила в твое внезапное исчезновение. А теперь, Лин, я жду. Все с самого начала, с того самого проклятого дня.

Расскажи.
– просит она, нежно касаясь моей ладони.
– Все расскажи. Выговорись, и мы вместе поставим точку. Все останется в прошлом, а мы будем жить дальше. Счастливо жить. К тому же нам есть ради чего и ради кого жить.

Знаешь, ни я, ни твои братья никогда не останавливали твои поиски. Но в последний год стали доходить разные слухи о тебе. Я хочу от тебя все услышать. Это твоя история, Лин, поделись… Расскажи… Не держи все в себе. Отпусти, так станет легче.

Я прикрываю глаза, делаю глубокий вдох и начинаю рассказывать, все с самого начала с мельчайшими подробностями, упуская только интимные мелочи. Но иногда в момент рассказа и без них совсем не получается.

Кристина была права. Мне просто необходимо было выговориться. Мне нужна эта исповедь. Ведь никому прежде я ничего не рассказывала. Я рассказываю и про Заура и последствиях после, связанных с ним, про Олега, Марка, Влада и про… про Руслана.

На тетю не смотрю ни разу, куда угодно, но только ни на нее. Нет слез, голос не дрожит, не запинаюсь, не перепрыгиваю через события. А перед глазами пролетают волнами события тех четырех лет.

Остров, клетка в доме Олега, его признания, наша встреча с Владом. Не знаю сколько прошло времени, но нас никто ни разу не отвлек, ни разу не зашел на кухню, не позвал. Только с улицы доносились голоса детей.

Когда я наконец заканчиваю свою исповедь, решаюсь посмотреть на Кристину. Но лучше бы я этого и не делала. Тетя сейчас бледнее любой стены, пальцы дрожат так, что она проливает стакан на пол, глаза ужасно красные от слез.